Ольга Васильева: мы ни от кого не отставали и отставать не собираемся

Ольга Васильева © Сергей Савостьянов/ТАССОльга Васильева © Сергей Савостьянов/ТАСС

30 октяб­ря в Пари­же нача­лась 39-я сес­сия выс­ше­го руко­во­дя­ще­го орга­на ЮНЕСКО — Гене­раль­ной кон­фе­рен­ции, кото­рая соби­ра­ет­ся раз в два года и состо­ит из госу­дар­ств — чле­нов орга­ни­за­ции. В рам­ках засе­да­ний обсуж­да­ет­ся самый широ­кий круг гума­ни­тар­ных вопро­сов, вклю­чая сфе­ру обра­зо­ва­ния и нау­ки.

Этой осе­нью впер­вые с 2009 года рос­сий­скую деле­га­цию воз­гла­вил мини­стр — гла­ва Мино­бр­на­у­ки Оль­га Васи­лье­ва. В ходе выступ­ле­ния она выра­зи­ла свое мне­ние об акту­аль­ных поли­ти­че­ских собы­ти­ях: осу­ди­ла выход США из ЮНЕСКО, назва­ла при­ня­тый на Укра­и­не закон «Об обра­зо­ва­нии» язы­ко­вым расиз­мом.

Кор­ре­спон­дент ТАСС встре­тил­ся с Оль­гой Васи­лье­вой на полях сес­сии Гене­раль­ной кон­фе­рен­ции ЮНЕСКО во фран­цуз­ской сто­ли­це, что­бы пого­во­рить о при­о­ри­тет­ном про­ек­те «Экс­порт обра­зо­ва­ния», уче­бе за гра­ни­цей и облег­че­нии усло­вий въез­да в Рос­сию для ино­стран­ных сту­ден­тов.

— Оль­га Юрьев­на, при­ят­но, что такой повод дал воз­мож­но­сть пооб­щать­ся с вами в таком горо­де. Вы здесь впер­вые?

— Нет, я была здесь уже неод­но­крат­но, но я в пер­вый раз во Фран­ции осе­нью — несколь­ко раз при­ез­жа­ла сюда вес­ной и один раз летом. Париж — один из кра­си­вей­ших горо­дов мира, я раз­де­ляю это все­об­щее вос­хи­ще­ние.

— Все­гда ли рос­сий­ская деле­га­ция при­ни­ма­ет уча­стие в сес­сии ЮНЕСКО?

— Это обя­за­тель­но для нас по уста­ву орга­ни­за­ции. Но дело не толь­ко в этом. ЮНЕСКО — веду­щая меж­пра­ви­тель­ствен­ная орга­ни­за­ция, и мы долж­ны участ­во­вать, пото­му что это закреп­ле­ние наших пози­ций на важ­ней­шей пло­щад­ке по гума­ни­тар­но­му сотруд­ни­че­ству, делить­ся нашим опы­том. Для Рос­сии это очень важ­но, и конеч­но, мы будем участ­во­вать все­гда.

— Вопро­сы обра­зо­ва­ния все­гда вклю­ча­ют­ся в повест­ку?

— Комис­сия по обра­зо­ва­нию рабо­та­ет в каж­дой сес­сии. Более того, при­о­ри­тет­ный харак­тер этой темы был закреп­лен ЮНЕСКО в 2013 году. Тогда же были опре­де­ле­ны и основ­ные наши зада­чи на после­ду­ю­щие годы: это и каче­ствен­ное обра­зо­ва­ние на про­тя­же­нии всей жиз­ни, о чем мы мно­го гово­рим, и вос­пи­та­ние в уча­щих­ся основ гло­баль­ной граж­дан­ствен­но­сти.

— Если срав­ни­вать нашу систе­му обра­зо­ва­ния с запад­ной, в чем наши пре­иму­ще­ства?

— Для нача­ла я хочу ска­зать, что у нас есть чем гор­дить­ся. Во-пер­вых, у нас один из самых высо­ких уров­ней обра­зо­ва­ния в мире. У нас доля насе­ле­ния, кото­рое закон­чи­ло кол­ле­дж или вуз, состав­ля­ет 56%. Для срав­не­ния: в стра­нах Орга­ни­за­ции эко­но­ми­че­ско­го сотруд­ни­че­ства и раз­ви­тия (ОЭСР) этот пока­за­тель состав­ля­ет 37%.

Людей в воз­расте до 25 лет, кото­рые не закон­чи­ли шко­лу, мень­ше 5%, а в стра­нах ОЭСР этот пока­за­тель дохо­дит до 18%.

А еще у нас зна­чи­тель­но боль­ше тех сту­ден­тов, кто отучил­ся в уни­вер­си­те­те до кон­ца, то есть не «выле­тел» на про­тя­же­нии уче­бы. У нас таких 90–92%, в ОЭСР — 64%.

В чем еще наше пре­иму­ще­ство — в систе­ме допол­ни­тель­но­го обра­зо­ва­ния. Об этом, кста­ти, мы гово­ри­ли на встре­че с мини­стром наци­о­наль­но­го обра­зо­ва­ния Фран­ции Жаном-Мише­лем Блан­ке, его очень инте­ре­со­вал этот вопрос. На самом деле такой систе­мы нет нигде, уже сей­час более 70% детей посе­ща­ют какую-то сек­цию или кру­жок, а часто сра­зу несколь­ко.

Тепе­рь в чем мы отста­ем: на Запа­де выше охват обра­зо­ва­ния детей млад­ше­го воз­рас­та — до трех лет. Мы по-преж­не­му мало при­сут­ству­ем в миро­вых рей­тин­гах по оцен­ке сред­не­го спе­ци­аль­но­го обра­зо­ва­ния, хотя его каче­ство неуклон­но рас­тет. Доста­точ­но ска­зать про побе­ду на чем­пи­о­на­те мира по проф­ма­стер­ству WorldSkills 2017 в Абу-Даби, где мы заня­ли пер­вое место в обще­ко­манд­ном заче­те. Ведь это не толь­ко побе­да коман­ды, но и всех людей, кото­рые рабо­та­ют в систе­ме сред­не­го спе­ци­аль­но­го обра­зо­ва­ния.

И еще над чем нам нуж­но рабо­тать — охва­ты­вать раз­лич­ны­ми фор­ма­ми обра­зо­ва­ния наше взрос­лое насе­ле­ние. Я думаю, мы смо­жем этот коэф­фи­ци­ент повы­сить, в том числе и через систе­му онлайн-обу­че­ния.

— Один из важ­ней­ших стол­пов оте­че­ствен­но­го обра­зо­ва­ния — его нераз­рыв­ная связь с вос­пи­та­ни­ем. Как вы отно­си­тесь к вве­де­нию в шко­лах кур­са нрав­ствен­ных основ семей­ной жиз­ни, о чем недав­но так мно­го гово­ри­ли?

— Обра­зо­ва­ние — это вос­пи­та­ние и обу­че­ние, вы пра­вы, при­чем вос­пи­та­ние пре­ва­ли­ру­ет. Что же каса­ет­ся это­го кур­са, как и мно­гие дру­гие, мы узна­ли о нем из СМИ. До сих пор к нам так и не посту­пи­ло ника­ко­го кон­крет­но­го пред­ло­же­ния, поэто­му сде­лать сей­час какое-то экс­перт­ное заклю­че­ние я не могу.

Вся наша лите­ра­ту­ра — это глу­бо­кое раз­мыш­ле­ние о нрав­ствен­ном смысле жиз­ни

Но все эти вопро­сы и так рас­смат­ри­ва­ют­ся на уро­ках гума­ни­тар­но­го цик­ла, когда педа­го­ги гово­рят с детьми о том, как выстра­и­вать свои отно­ше­ния с дру­ги­ми людь­ми. К при­ме­ру, рас­ска­зы­вая детям о любом про­из­ве­де­нии рус­ской лите­ра­ту­ры, вы не мину­е­те раз­го­во­ра об отно­ше­ни­ях в семье, это невоз­мож­но. Вся наша лите­ра­ту­ра — это глу­бо­кое раз­мыш­ле­ние о нрав­ствен­ном смысле жиз­ни.

И потом, у нас на кур­сах рели­ги­оз­ной куль­ту­ры и свет­ской эти­ки и обще­ст­во­зна­ния уде­ля­ет­ся огром­ное вни­ма­ние цен­но­стям. Мы при­вы­кли назы­вать их «наши тра­ди­ци­он­ные», это пра­виль­но, но это еще и цен­но­сти обще­че­ло­ве­че­ские, при­су­щие всем. Мы гово­рим, конеч­но, о люб­ви, друж­бе, о мораль­ных аспек­тах каких-то поступ­ков. Все это при­сут­ству­ет на каж­дом школь­ном заня­тии, пото­му что, про­во­дя урок, учи­тель преж­де все­го гово­рит о смыс­лах.

— Как вы отно­си­тесь к тому, что моло­де­жь уез­жа­ет учить­ся за гра­ни­цу? Счи­та­е­те ли вы полез­ным такой опыт или при­дер­жи­ва­е­тесь того мне­ния, что обра­зо­ва­ние нуж­но полу­чать на род­ной зем­ле?

— Мое глу­бо­чай­шее убеж­де­ние, что рос­сий­ское обра­зо­ва­ние явля­ет­ся одной из мощ­ней­ших систем обра­зо­ва­ния в мире.

У нас изна­чаль­но чело­век выхо­дит из уни­вер­си­те­та с широ­ким кру­го­зо­ром. В запад­ных стра­нах чаще все­го наобо­рот — дает­ся узкая спе­ци­а­ли­за­ция. В совет­ское вре­мя к нам при­ез­жа­ло учить­ся огром­ное коли­че­ство моло­де­жи из Евро­пы, Азии и Афри­ки. Сей­час такая же кар­ти­на.

Я ратую за то, что­бы базу, пер­вое выс­шее, полу­чать в Рос­сии, и толь­ко потом уже совер­шен­ство­вать­ся за гра­ни­цей. К при­ме­ру, есть ряд направ­ле­ний, кото­рые тре­бу­ют какой-то узкой спе­ци­а­ли­за­ции и навы­ков, и, если это дей­стви­тель­но необ­хо­ди­мо для совер­шен­ство­ва­ния про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти, их мож­но полу­чить в тече­ние полу­то­ра-двух лет за рубе­жом, затем вер­нуть­ся в Рос­сию и исполь­зо­вать это здесь.

— А что вы дума­е­те про сту­ден­че­ские обме­ны?

— Обра­зо­ва­тель­ная мобиль­но­сть долж­на быть. Мы без нее не можем, сей­час вре­ме­на дру­гие. У нас очень мно­го сту­ден­че­ских обме­нов, толь­ко с Фран­ци­ей 400 согла­ше­ний.

Это двой­ные дипло­мы по гума­ни­тар­но­му цик­лу про­грамм. В Рос­сии сего­дня 257 тыс. школь­ни­ков изу­ча­ет фран­цуз­ский язык. Во Фран­ции 14 тыс. учат наш.

Почти в каж­дом рос­сий­ском вузе есть согла­ше­ние о мобиль­но­сти сту­ден­тов и пре­по­да­ва­те­лей, и это пра­виль­но. Мы долж­ны быть в кур­се все­го ново­го, пони­ма­е­те? В этом смысле с вве­де­ни­ем каче­ствен­но­го онлайн-обра­зо­ва­ния мы можем исполь­зо­вать нара­бот­ки ино­стран­ной про­фес­су­ры и узна­вать о науч­ных откры­ти­ях дру­гих стран.

— Неод­но­крат­но зву­ча­ли пред­ло­же­ния запре­тить обу­че­ние за гра­ни­цей детям наших чинов­ни­ков…

— Мне кажет­ся, вопрос про чинов­ни­ков свою остро­ту уже поте­рял, но с точ­ки зре­ния зако­но­да­тель­ства ничто не меша­ет рос­си­я­нам учить­ся за рубе­жом. Я знаю опре­де­лен­ную груп­пу ребят, в основ­ном это гума­ни­та­рии, кото­рые полу­чи­ли выс­шее обра­зо­ва­ние там, но осо­знан­но реши­ли вер­нуть­ся в Рос­сию и сей­час рабо­та­ют в наших вузах.

Самое страш­ное — это интел­лек­ту­аль­ная изо­ля­ция. Ника­кой интел­лек­ту­аль­ной изо­ля­ции быть не может, и об этом гово­рил наш пре­зи­дент, она может при­ве­сти толь­ко к отста­ло­сти

Это нор­маль­ный есте­ствен­ный про­цесс, ниче­го в этом тако­го нет. Самое страш­ное — это интел­лек­ту­аль­ная изо­ля­ция. Ника­кой интел­лек­ту­аль­ной изо­ля­ции быть не может, и об этом гово­рил наш пре­зи­дент, она может при­ве­сти толь­ко к отста­ло­сти.

Более того, у Мино­бр­на­у­ки есть боль­шая про­грам­ма «Гло­баль­ное обра­зо­ва­ние», когда ребя­та направ­ля­ют­ся на уче­бу в луч­шие уни­вер­си­те­ты мира, но с обя­за­тель­ным усло­ви­ем воз­вра­ще­ния и даль­ней­ше­го тру­до­устрой­ства в Рос­сии. Об этом про­ек­те не все зна­ют, он не такой мас­со­вый — на дан­ный момент грант полу­чи­ли око­ло 550 чело­век. Ребя­та сами спи­сы­ва­ют­ся с теми вуза­ми, в кото­рые они хотят посту­пить, про­хо­дят все про­це­ду­ры и уже на окон­ча­тель­ном эта­пе под­клю­ча­ет­ся мини­стер­ство.

Воз­вра­ще­ние отучив­ших­ся ребят по этой про­грам­ме уже нача­лось. И кста­ти, он как раз пока­зы­ва­ет, в каких спе­ци­аль­но­стях заин­те­ре­со­ва­на наша моло­де­жь.

Наи­бо­лее вос­тре­бо­ван­ны­ми зару­беж­ны­ми обра­зо­ва­тель­ны­ми про­грам­ма­ми сре­ди сту­ден­тов ста­ли инже­нер­ные (206 участ­ни­ков), педа­го­ги­че­ские (98 участ­ни­ков) и науч­ные (114 участ­ни­ков), а стра­на­ми — Вели­ко­бри­та­ния (193 участ­ни­ка), Австра­лия (128 участ­ни­ков), Гер­ма­ния (34 участ­ни­ка), США (31 участ­ник) и Нидер­лан­ды (28 участ­ни­ков).

После завер­ше­ния обу­че­ния за рубе­жом в Рос­сию уже вер­ну­лись пер­вые 40 чело­век, сего­дня они рабо­та­ют в «Сбер­банк-Тех­но­ло­ги­ях», ком­па­ни­ях «КамАЗ», «Русал», «Тат­энер­го», Уни­вер­си­те­те Инно­по­лис, Скол­те­хе и дру­гих.

— В мае была утвер­жде­на дорож­ная кар­та по при­о­ри­тет­но­му про­ек­ту «Экс­порт обра­зо­ва­ния», кото­рым в первую оче­редь будут зани­мать­ся 39 рос­сий­ских вузов. По каким кри­те­ри­ям они отби­ра­лись?

— Во-пер­вых, это пока­за­тель раз­ви­тия меж­ду­на­род­ной дея­тель­но­сти в вузе, коли­че­ство ино­стран­ных сту­ден­тов. Кро­ме того, мы смот­ре­ли, в каком состо­я­нии инфра­струк­ту­ра, кам­пус преж­де все­го. Изу­ча­ли пози­ции в наци­о­наль­ных и меж­ду­на­род­ных рей­тин­гах. Так­же учи­ты­ва­ли реко­мен­да­ции феде­раль­ных орга­нов испол­ни­тель­ной вла­сти и госкор­по­ра­ций.

Сей­час выпуск­ни­ки, полу­чив­шие обра­зо­ва­ние в СССР, зани­ма­ют высо­кие посты во мно­гих стра­нах мира

В ито­ге под­ни­мать пре­стиж рос­сий­ско­го обра­зо­ва­ния будут самые раз­ные вузы, и это очень инте­рес­ный момент. Тут и иссле­до­ва­тель­ские, и аграр­ные, и тех­ни­че­ские, и куль­тур­ной направ­лен­но­сти, начи­ная с Ака­де­мии рус­ско­го бале­та А.Я. Вага­но­вой и закан­чи­вая Там­бов­ским госу­дар­ствен­ным уни­вер­си­те­том.

Кста­ти, в послед­нем все­гда была мощ­ней­шая база под­го­тов­ки лати­но­аме­ри­кан­ских сту­ден­тов по меди­цин­ским спе­ци­аль­но­стям. Я, когда была в Там­бо­ве, встре­ча­лась со сту­ден­та­ми, и это уже дети тех вра­чей, кото­рые отучи­лись у нас. Рань­ше это была серьез­ная поли­ти­че­ская зада­ча. Сей­час выпуск­ни­ки, полу­чив­шие обра­зо­ва­ние в СССР, зани­ма­ют высо­кие посты во мно­гих стра­нах мира.

Но 39 — это не пре­дель­ный спи­сок, посколь­ку мы зама­хи­ва­ем­ся на очень боль­шую циф­ру — 710 тыс. ино­стран­ных сту­ден­тов к 2025 году (сей­час их 220 тыс. — прим. ТАСС), поэто­му пере­чень, есте­ствен­но, будет рас­ши­рять­ся. А для чего мы созда­ли такой кон­сор­ци­ум — объ­еди­нить уси­лия этих вузов, затем изу­чить их опыт и рас­про­стра­нять. В целом в про­ект­ный офис у нас зало­же­но 4,9 млрд руб­лей.

— Сего­дня в Гос­ду­ме обсуж­да­ет­ся при­ня­тие зако­на, соглас­но кото­ро­му будут смяг­че­ны усло­вия въез­да для ино­стран­ных сту­ден­тов. В част­но­сти, будет упро­ще­на про­це­ду­ра полу­че­ния граж­дан­ства РФ для тех, кто с отли­чи­ем закон­чит вуз и захо­чет остать­ся в Рос­сии. Необ­хо­ди­ма ли эта мера?

— Мы долж­ны совер­шен­ство­вать зако­но­да­тель­ство, кото­рое свя­за­но с вопро­са­ми при­е­ма и обу­че­ния для того, что­бы в нашем обра­зо­ва­нии было боль­ше заин­те­ре­со­ван­ных сту­ден­тов. В насто­я­щее вре­мя зако­но­про­ект дора­ба­ты­ва­ет­ся с уче­том заме­ча­ний, но думаю, это про­изой­дет доста­точ­но быст­ро. Облег­чить таким обра­зом мигра­ци­он­ные усло­вия для ино­стран­цев — пра­виль­но, но это каса­ет­ся толь­ко тех, кто отлич­но закон­чит уни­вер­си­тет.

— Не при­ве­дет ли это к тому, что рос­сий­ским спе­ци­а­ли­стам будет слож­нее полу­чить рабо­ту?

— Эти стра­хи на ров­ном месте. Мы гово­рим о сту­ден­тах, кото­рые будут учить­ся. Я не думаю, что все они потом оста­нут­ся жить здесь. А здо­ро­вая кон­ку­рен­ция долж­на быть все­гда, в том числе это спо­соб­ству­ет и раз­ви­тию наук.

— Через сколь­ко лет, по-ваше­му, рос­сий­ское обра­зо­ва­ние будет таким же брен­дом, как, к при­ме­ру, англий­ское?

— Вы сей­час, види­мо, гово­ри­те об Окс­фор­де и Кем­бри­дже? Что я вам на это хочу ска­зать — в Рос­сии уже суще­ству­ют вузы, где гото­вят уни­каль­ные кад­ры. Взять Уни­вер­си­тет Жоре­са Алфе­ро­ва (Санкт-Петер­бург­ский наци­о­наль­ный иссле­до­ва­тель­ский ака­де­ми­че­ский уни­вер­си­тет РАН, создан в 1999 году лау­ре­а­том Нобе­лев­ской пре­мии по физи­ке Жоре­сом Алфе­ро­вым — прим. ТАСС), где рас­ход на одно­го сту­ден­та боль­ше, чем в зна­ме­ни­том Окс­фор­де. Он впол­не может сопер­ни­чать с силь­ней­ши­ми вуза­ми в мире.

Про­верь­те, насколь­ко хоро­шо вы помни­те дис­ци­пли­ны, в кото­рых, как счи­та­ет­ся, дол­жен раз­би­рать­ся каж­дый школь­ник
Взять Уни­вер­си­тет ИТМО, тоже питер­ский — ник­то, даже Стэн­форд, не смог обой­ти их коман­ду на чем­пи­о­на­те мира по спор­тив­но­му про­грам­ми­ро­ва­нию, они выиг­ры­ва­ли три­жды под­ряд, это же неве­ро­ят­но. Ска­жу одну про­стую вещь, так как хоро­шо знаю сфе­ру оте­че­ствен­ной нау­ки: наши ребя­та очень кон­ку­рен­то­спо­соб­ны, прак­ти­че­ски во всех обла­стях.

Но о брен­дах я бы не гово­ри­ла — что такое бренд, в кон­це кон­цов? Я бы гово­ри­ла о дру­гом — о шко­лах, мате­ма­ти­че­ских, физи­че­ских, хими­че­ских, кото­рые созда­ва­лись в нашей стра­не деся­ти­ле­ти­я­ми. Нуж­но брать направ­ле­ния науч­ной дея­тель­но­сти и о каж­дом из них рас­ска­зы­вать. Я чело­век, твер­до убеж­ден­ный в том, что о наших вузах долж­но быть боль­ше инфор­ма­ции, не толь­ко о топо­вых вро­де МГУ и СПб­ГУ и еще поряд­ка 20 дру­гих.

Если же исполь­зо­вать ваше поня­тие, то у нас все­гда был, есть и будет свой бренд обра­зо­ва­ния, наших рос­сий­ских науч­ных школ. Мы ни от кого не отста­ва­ли и отста­вать не соби­ра­ем­ся.

Бесе­до­ва­ла Кри­сти­на Сули­ма