Завтра война?

 Дмит­рий Дзыг­ов­брод­ский
antifashist.com

Оче­вид­ные успе­хи в Сирии, но при этом затя­нув­ша­я­ся, мутор­ная, изма­ты­ва­ю­щая про­стых людей граж­дан­ская вой­на на гра­ни­цах Луган­ской и Донец­кой Народ­ных Рес­пуб­лик.

Мно­го­чис­лен­ные выра­же­ния оза­бо­чен­но­сти и обес­по­ко­ен­но­сти со сто­ро­ны МИД РФ, кото­рые мно­ги­ми уже вос­при­ни­ма­ют­ся с горь­кой улыб­кой. Внеш­не неуве­рен­ная пози­ция Рос­сии на пост­со­вет­ском про­стран­стве. Мол­ча­ние, когда Запад откры­то и цинич­но уни­что­жал Ливию и вытес­нял из это­го реги­о­на Рос­сию. Неэф­фек­тив­ные и уже объ­ек­тив­но невы­пол­ни­мые «Мин­ские согла­ше­ния», кото­рых при­дер­жи­ва­ют­ся исклю­чи­тель­но про­рос­сий­ские силы Народ­ных Рес­пуб­лик, но не Укра­и­на и не Запад.

Явные постав­ки ресур­сов и обо­ру­до­ва­ния для вой­ны на Укра­и­ну со сто­ро­ны США, при­сут­ствие аме­ри­кан­ских и поль­ских инструк­то­ров и совет­ни­ков в зоне граж­дан­ской вой­ны на Дон­бас­се – и мол­ча­ние Рос­сии по это­му пово­ду. Вынуж­ден­ные отступ­ле­ния по мно­гим фрон­там – в миро­вом спор­те, в меж­ду­на­род­ных орга­ни­за­ци­ях. Мно­го­чис­лен­ные и стран­но выгля­дя­щие смер­ти послов и сотруд­ни­ков дипло­ма­ти­че­ских ведом­ств. Убий­ства рос­сий­ских выс­ших офи­це­ров в Сирии – и откро­вен­но выгля­ды­ва­ю­щие во вре­мя этих инци­ден­тов уши аме­ри­кан­ских совет­ни­ков. Мол­ча­ние в ответ на агрес­сив­ную рито­ри­ку и неадек­ват­ные обви­не­ния со сто­ро­ны США. Посто­ян­ные про­во­ка­ции со сто­ро­ны Укра­и­ны на крым­ской гра­ни­це, аре­сты рос­сий­ских граж­дан, пыт­ки, судеб­ные пре­сле­до­ва­ния, изде­ва­тель­ства по отно­ше­нию к рус­ско­му насе­ле­нию на Укра­и­не. До пре­де­ла наг­лое пове­де­ние лимит­ро­фов – от Лит­вы, Лат­вии, Эсто­нии до Укра­и­ны – и уди­ви­тель­но миро­лю­би­вая реак­ция Мини­стер­ства ино­стран­ных дел Рос­сии. До пре­де­ла поте­ряв­шая бере­га финан­си­ру­е­мая Запа­дом так назы­ва­е­мая оппо­зи­ция в Рос­сии и Бело­рус­сии. Неуто­ми­мое про­дви­же­ние НАТО к гра­ни­цам Рос­сии и раз­ме­ще­ние про­об­ра­зов натов­ских баз на Укра­и­не. Про­во­ка­ции про­тив само­лё­тов ВКС Рос­сии, а то и пря­мые напа­де­ния. Посто­ян­ное уси­ле­ние санк­ций и абсурд­ное обос­но­ва­ние при­чин уси­ле­ния.

Мож­но ещё дол­го пере­чис­лять инци­ден­ты, слу­чаи и про­и­ше­ствия, когда пат­ри­о­ти­че­ски настро­ен­ной части насе­ле­ния Рос­сий­ской Феде­ра­ции хоте­лось бы, что­бы Рос­сия отве­ти­ла жёст­ко, силь­но и прин­ци­пи­аль­но. Как когда-то отве­чал Совет­ский Союз. А вме­сто это­го ответ полу­ча­ет­ся какой-то без­зу­бый, поло­вин­ча­тый и откро­вен­но сла­бый.

И у мно­гих попро­сту нет отве­та, поче­му Рос­сия в боль­шин­стве слу­ча­ев в послед­ние несколь­ко лет не сто­ит жёст­ко на сво­ём, не защи­ща­ет прин­ци­пи­аль­но и после­до­ва­тель­но свои пози­ции.

Такое уже было. Исто­рия име­ет при­выч­ку повто­рять­ся. И тогда отсту­пал, мол­чал, отде­лы­вал­ся дипло­ма­ти­че­ски­ми про­те­ста­ми Совет­ский Союз, кото­рый ныне для мно­гих явля­ет­ся при­ме­ром, как надо вести себя на миро­вой аре­не и защи­щать свою гео­по­ли­ти­че­скую зону ответ­ствен­но­сти и без­опас­но­сти.

В кни­ге пол­ков­ни­ка и жур­на­ли­ста Юли­а­на Семё­но­ва «Аль­тер­на­ти­ва» очень ярко, худо­же­ствен­но отоб­ра­жён имен­но такой же пери­од. И пода­ют­ся осмыс­ле­ние и выво­ды от лица люби­мо­го мно­ги­ми лите­ра­тур­но­го героя Мак­са Отто фон Штир­ли­ца, он же Все­во­лод Вла­ди­ми­ро­вич Вла­ди­ми­ров. Кто зна­ет, чем зани­мал­ся Юли­ан Семё­нов и где слу­жил, тот в рома­нах писа­те­ля нахо­дит порой очень инте­рес­ные зари­сов­ки из поли­ти­че­ской заку­ли­сы 20–40-х годов 20 сто­ле­тия. Уж что-то, а доступ к закры­тым архи­вам у пол­ков­ни­ка Семё­но­ва был все­гда.

Согла­си­тесь, ситу­а­ция в мире очень схо­жа. И пози­ции нашей Роди­ны тогда и сей­час, как две кап­ли воды. Запад­ный мир сно­ва про­тив Рос­сии. И мы сей­час по мно­гим пози­ци­ям про­дол­жа­ем мол­ча отсту­пать.

Сколь­ко раз за послед­ние годы, осо­бен­но услы­шав ново­сти с Дон­бас­са, каж­дый из нас зада­вал себя вопрос: «Поче­му мы мол­чим? Поче­му не пред­при­ни­ма­ем реши­тель­ных шагов?»

«Вся­кий раз, когда Шел­лен­берг пору­чал Штир­ли­цу при­сут­ство­вать на этих пресс кон­фе­рен­ци­ях, что­бы под­дер­жи­вать кон­так­ты с жур­на­ли­ста­ми, кото­ры­ми инте­ре­со­ва­лась раз­вед­ка, Штир­лиц преж­де все­го впи­вал­ся взгля­дом в кар­ту на сте­не, кото­рую откры­вал помощ­ник Шми­та перед нача­лом собе­се­до­ва­ния. Кар­та эта была страш­ная. Корич­не­вое пят­но Гер­ма­нии власт­во­ва­ло в Евро­пе. Тер­ри­то­рии Поль­ши, Чехо­сло­ва­кии, Австрии, Дании, Нор­ве­гии, Бель­гии, Гол­лан­дии, Фран­ции были заштри­хо­ва­ны рез­ки­ми корич­не­вы­ми лини­я­ми; Вен­грия, Румы­ния и Бол­га­рия, как стра­ны, при­со­еди­нив­ши­е­ся к <анти­ко­мин­тер­нов­ско­му пак­ту>, были окра­ше­ны в свет­ло-корич­не­вые цве­та. Рез­кие чер­но-корич­не­вые пят­на уро­до­ва­ли тер­ри­то­рии Алба­нии и Гре­ции: там вела вой­ну Ита­лия.

Кар­та была сде­ла­на так, что доми­ни­ру­ю­щая роль гит­ле­ров­ской Евро­пы под­чер­ки­ва­лась махонь­кой Англи­ей, нари­со­ван­ной худож­ни­ком жалост­но и оди­но­ко, и дале­кой Рос­си­ей, при­чем, в отли­чие от Англии, где были обо­зна­че­ны горо­да и доро­ги, Рос­сия пред­став­ля­лась белым, без­до­рож­ным про­стран­ством с малень­кой точ­кой посре­ди­не – Моск­вой.

- Гос­по­дин Шмит, я поль­зу­юсь офи­ци­аль­ны­ми доку­мен­та­ми, – отве­тил Кил­с­би. – Неко­то­рые швей­цар­ские газе­ты утвер­жда­ют, что ней­тра­ли­тет Юго­сла­вии стал воз­мо­жен после обме­на нота­ми меж­ду рейхс­кан­це­ля­ри­ей и Крем­лем.

- Наши отно­ше­ния с Рос­си­ей, – отве­тил Шмит, – отли­ча­ют­ся истин­ным доб­ро­со­сед­ством. Вве­де­ние наших вой­ск в Бол­га­рию и Румы­нию про­изо­шло по прось­бе монар­хов этих стран – они нуж­да­ют­ся в защи­те от англий­ских пося­га­тель­ств. Еще вопро­сы, пожа­луй­ста!

<Когда же они нач­нут? – поду­мал Штир­лиц. – Они долж­ны начать этой вес­ной. Поче­му наши мол­чат? Поче­му мы не пред­при­ни­ма­ем ника­ких шагов? Если Юго­сла­вия отка­жет­ся от ней­тра­ли­те­та, зна­чит, весь фронт от Бал­ти­ки до Чер­но­го моря ока­жет­ся в руках Гит­ле­ра. Поче­му же мы мол­чим, боже ты мой?>

Но по уко­ре­нив­шей­ся в нем мно­го­лет­ней при­выч­ке бесе­до­вать с самим собой, отве­чать на вопро­сы, постав­лен­ные одно­знач­но и бес­ком­про­мисс­но, Штир­лиц ска­зал себе, что ситу­а­ция, сло­жив­ша­я­ся в мире вес­ной сорок пер­во­го года, тако­ва, что вся­кое дей­ствие, а тем более откры­тая внеш­не­по­ли­ти­че­ская акция, направ­лен­ная про­тив Гер­ма­нии, невоз­мож­на, ибо она будет сви­де­тель­ство­вать о том, что <нер­вы не выдер­жа­ли>, посколь­ку откры­то­го нару­ше­ния усло­вий дого­во­ра о нена­па­де­нии со сто­ро­ны рей­ха не было. Пони­мая, что Гит­лер рано или позд­но напа­дет на его роди­ну, Штир­лиц тем не менее отда­вал себе отчет в том, что вся­кое <позд­но>, вся­кая, даже самая мини­маль­ная, оттяж­ка кон­флик­та на руку Совет­ско­му Сою­зу. Это была акси­о­ма, ибо успех в буду­щей вой­не во мно­гом скла­ды­вал­ся из цифр, кото­рые печа­та­ли ста­ти­сти­че­ские ведом­ства в Москве и Бер­ли­не, сооб­щая дан­ные выпол­не­ния пла­нов – выплав­ку ста­ли, чугу­на, добы­чу неф­ти и угля, – эти сухие циф­ры и опре­де­ля­ли буду­ще­го побе­ди­те­ля, а они, циф­ры эти, пока были в поль­зу Гер­ма­нии, а не Сою­за. Но Штир­лиц пони­мал, что резер­вы его стра­ны неиз­ме­ри­мо боль­ше резер­вов рей­ха, а исход буду­щей бит­вы в конеч­ном ито­ге опре­де­ля­ли резер­вы. Штир­ли­ца не пуга­ло то, что вся Евро­па сей­час была под кон­тро­лем Бер­ли­на. Это толь­ко на пер­вый взгляд было страш­но. Если не под­да­вать­ся пер­вич­но­му чув­ству и заста­вить себя нето­роп­ли­во, как бы со сто­ро­ны ана­ли­зи­ро­вать ситу­а­цию, то вывод напра­ши­вал­ся сам собой: кон­гло­ме­рат наро­дов, отвер­гав­ших идеи наци­о­нал-соци­а­лиз­ма, сра­жав­ших­ся – в меру сво­их сил – про­тив вер­мах­та, будучи окку­пи­ро­ван­ны­ми, чем даль­ше, тем актив­нее ста­нет ока­зы­вать сопро­тив­ле­ние нем­цам; сна­ча­ла, види­мо, пас­сив­но, но потом – Штир­лиц не сомне­вал­ся в этом – все более актив­но, то есть с ору­жи­ем в руках. Зна­чит, Гит­ле­ру при­дет­ся удер­жи­вать свои резер­вы с помо­щью армии; зна­чит, счи­тал Штир­лиц, тылы рей­ха будут зыб­ки­ми, нена­деж­ны­ми, враж­деб­ны­ми духу и прак­ти­ке нациз­ма.

Он все это пони­мал умом, застав­ляя себя ана­ли­зи­ро­вать ситу­а­цию, про­ве­ряя и пере­про­ве­ряя свои посы­лы, дис­ку­ти­руя сам с собой, но когда хоть на мину­ту душа его выхо­ди­ла из-под кон­тро­ля разу­ма, как сей­час, когда он сно­ва уви­дел эту про­кля­тую корич­не­вую кар­ту и малень­кую точеч­ку Моск­вы на белой пусты­не Рос­сии, ста­но­ви­лось ему страш­но, и про­па­да­ли все зву­ки окре­ст, и слы­шал он толь­ко свой немой вопрос, обра­щен­ный не к себе, нет, обра­щен­ный к дому, к сво­им: <Ну что же вы там?! Делай­те же хоть что-нибудь! Пони­ма­е­те ли вы, что вой­на вот-вот нач­нет­ся?! Гото­ви­тесь ли вы к ней?! Жде­те ли вы ее?! Или вери­те тиши­не на наших гра­ни­цах?!>»

Это была вес­на 1941 года. За несколь­ко меся­цев до страш­но­го утра 22 июня.

Тогда руко­вод­ство Совет­ско­го Сою­за ста­ра­лось выиг­рать уже не годы мир­но­го вре­ме­ни, но хотя бы меся­цы. В днев­ни­ках гер­ман­ских гене­ра­лов есть упо­ми­на­ния, как Гит­лер во вре­мя сове­ща­ний откры­то гово­рил, что у Тре­тье­го Рей­ха окно воз­мож­но­стей откры­то толь­ко до 1943 года. После этой даты тем­пы пере­во­ору­же­ния США и СССР каче­ствен­но и коли­че­ствен­но пере­гна­ли бы гит­ле­ров­скую Гер­ма­нию. И у Тре­тье­го Рей­ха не было бы ни малей­ших шан­сов зай­ти так дале­ко, как у них полу­чи­лось, начав Вто­рую Миро­вую Вой­ну в 1939 году. Если бы Иосиф Вис­са­ри­о­но­вич Ста­лин смог бы удер­жать Гер­ма­нию от напа­де­ния на Совет­ский Союз до 1943 года, впол­не воз­мож­но, что Вели­кая Оте­че­ствен­ная Вой­на вооб­ще бы не нача­лась, пото­му что к 1943 году СССР стал бы неве­ро­ят­но силён и закон­чил бы боль­шую часть пла­нов по пере­во­ору­же­нию. Имен­но пото­му напа­де­ние про­изо­шло 22 июня 1941 года. Хотя пла­ни­ро­ва­лось оно даже рань­ше.

Сей­час корич­не­вое пят­но США охва­ты­ва­ет боль­шую часть мира. И всё так же циф­ры сей­час на сто­ро­не США и их союз­ни­ков. И совсем не зря США так часто упо­ми­на­ют «Быст­рый гло­баль­ный удар» (Prompt Global Strike). Это всё тот же гит­ле­ров­ский Blitzkrieg – мол­ние­нос­ная вой­на толь­ко в реа­ли­ях 21 века. Как Гит­лер не сомне­вал­ся, что рано или позд­но напа­дёт на СССР, точ­но так же США меч­та­ют и пла­ни­ру­ют раз­де­лать­ся с Рос­си­ей раз и навсе­гда.

Рос­сия выиг­ры­ва­ет год за годом в этой гон­ке со вре­ме­нем. Мы ста­но­вим­ся силь­нее, мы закан­чи­ва­ем пере­во­ору­же­ние.

22 декаб­ря 2016 года Вла­ди­мир Путин поло­жи­тель­но оце­нил тем­пы пере­во­ору­же­ния армии и фло­та. Мини­стр обо­ро­ны Сер­гей Шой­гу сооб­щил: «В целом осна­щен­но­сть Воору­жен­ных сил совре­мен­ным воору­же­ни­ем и тех­ни­кой в частях посто­ян­ной готов­но­сти состав­ля­ет 58,3%, а исправ­но­сть – 94%. Таким обра­зом, основ­ные меро­при­я­тия гос­про­грам­мы воору­же­ния до 2020 года выпол­не­ны в уста­нов­лен­ном объ­е­ме. На новый каче­ствен­ный уро­вень выве­де­ны силы обще­го назна­че­ния. Так, осна­щен­но­сть Сухо­пут­ных вой­ск совре­мен­ным воору­же­ни­ем состав­ля­ет 42%, Воз­душ­но- кос­ми­че­ских сил – 66%, Воен­но-мор­ско­го фло­та – 47%.»

К 2020 году доля совре­мен­но­го воору­же­ния армии долж­на достиг­нуть 70%.

Аме­ри­кан­ские воен­ные экс­пер­ты высо­ко оце­ни­ва­ют про­грам­му пере­во­ору­же­ния 2018–2025, пусть даже финан­си­ро­ва­ние и было зна­чи­тель­но сокра­ще­но. Воен­ный экс­перт Джей Хоук отме­тил, что рос­сий­ская армия явля­ет собой «мол­ча­ли­вое под­твер­жде­ние того печаль­но­го фак­та, что Вла­ди­мир Путин вос­при­ни­ма­ет­ся как достой­ный парт­нер по пере­го­во­рам с Запа­дом толь­ко пото­му, что Москва невос­при­им­чи­ва к поли­ти­че­ско­му и воен­но­му дав­ле­нию. Как и рань­ше, ору­жие рус­ских пред­на­зна­че­но в каче­стве послед­не­го аргу­мен­та».

Но при этом США пони­ма­ют, что если не слу­чит­ся серьёз­но­го поли­ти­че­ско­го или эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са, Рос­сия к 2025 году ста­нет почти неуяз­ви­ма с воен­ной точ­ки зре­ния. И напа­де­ние на неё при­ве­дёт к гаран­ти­ро­ван­но­му вза­им­но­му уни­что­же­нию в слу­чае ядер­но­го сце­на­рия или к про­иг­ры­шу США в слу­чае назем­но­го втор­же­ния.

Если сохра­нить мир до 2025 года, то более все­го веро­ят­но, США не смо­гут раз­вя­зать вой­ну, точ­но так же, как не смог бы Адольф Гит­лер после 1943 года, так как это при­ве­ло бы к быст­ро­му пора­же­нию.

А зна­чит, у США оста­ёт­ся не так мно­го лет, что­бы пере­вер­нуть шах­мат­ную доску, сбро­сить все фигу­ры, спи­сать все дол­ги и начать спа­си­тель­ную для них Тре­тью Миро­вую Вой­ну.

2020?
2021?
2022?

«Два­дцать вто­ро­го июня, ров­но в четы­ре часа…»