Цены на российскую рыбу можно было бы легко снизить

«Кури­ца сто­ит 100 руб­лей, а трес­ка – 300 руб­лей. Чего мы изде­ва­ем­ся над людь­ми?» Этот вопрос стал одним из самых ярких на пресс-кон­фе­рен­ции с Вла­ди­ми­ром Пути­ным. Воз­мож­но, пото­му, что задал его, как ока­за­лось, не жур­на­ли­ст, а попав­ший в слож­ную ситу­а­цию рос­сий­ский рыбо­пе­ре­ра­бот­чик. Так поче­му же в бога­той рыб­ны­ми ресур­са­ми Рос­сии мясо пти­цы сто­ит в разы дешев­ле?

На боль­шой пресс-кон­фе­рен­ции Вла­ди­ми­ра Пути­на слу­чил­ся казус с раз­об­ла­че­ни­ем. Под видом жур­на­ли­ста на меро­при­я­тие про­ник мур­ман­ский биз­нес­мен, кото­рый, впро­чем, сам в этом при­знал­ся.

«Я вас обма­нул. Я не жур­на­ли­ст ника­кой. Я пред­се­да­тель сове­та дирек­то­ров Мур­ман­ско­го рыбо­ком­би­на­та. Я знаю, что это пло­хо, но мы три с поло­ви­ной года зем­лю жуем зуба­ми, мы рвем­ся для того, что­бы выжить», – заявил сна­ча­ла пред­ста­вив­ший­ся жур­на­ли­стом Миха­ил Зуб. Он пере­дал пре­зи­ден­ту 400-стра­нич­ный инве­сти­ци­он­ный про­ект на тему созда­ния про­из­вод­ства по пере­ра­бот­ке рыбы на базе сво­е­го пред­при­я­тия.

Но самым инте­рес­ным в его выступ­ле­нии ста­ло него­до­ва­ние по пово­ду доро­го­виз­ны рыбы в Рос­сии. «Сей­час кури­ца сто­ит 100 руб­лей, а трес­ка – 300 руб­лей. Чего мы изде­ва­ем­ся над людь­ми?» – воз­му­тил­ся пред­при­ни­ма­тель.

Путин же не стал обра­щать вни­ма­ния на нару­ше­ние Зуба и ска­зал, что в целом раз­де­ля­ет оза­бо­чен­но­сть пред­при­ни­ма­те­ля, и пообе­щал при­гла­сить его для более деталь­но­го раз­го­во­ра на одно из про­из­вод­ствен­ных сове­ща­ний с уча­сти­ем работ­ни­ков рыб­ной про­мыш­лен­но­сти.

Поче­му же кури­ца, кото­рую надо еще вырас­тить и накор­мить перед тем, как про­дать, у нас дей­стви­тель­но в разы дешев­ле рыб­ной про­дук­ции?

Пара­докс объ­яс­ня­ет­ся лег­ко. Рос­сия за послед­ние деся­ть лет нарас­ти­ла объ­е­мы внут­рен­не­го про­из­вод­ства мяса пти­цы на 183% (по 2016 году). В про­шлом году про­из­ве­ли 4,6 млн тонн мяса пти­цы, в этом году, по ожи­да­ни­ям, будет под 5 млн тонн в убой­ном весе. При­чем подав­ля­ю­щее боль­шин­ство про­из­вод­ств – высо­ко­тех­но­ло­гич­ное и совре­мен­ное. И весь этот объ­ем идет на внут­рен­ний рос­сий­ский рынок, а объ­е­мы экс­пор­та край­не неболь­шие. В ито­ге боль­шое пред­ло­же­ние и, как след­ствие, кон­ку­рен­ция внут­ри стра­ны поз­во­ля­ют сохра­нять цены на мясо пти­цы низ­ки­ми. Судя по все­му, роз­нич­ные сети даже ста­ли сни­жать нацен­ку в борь­бе за потре­би­те­ля на фоне сни­же­ния поку­па­тель­ской спо­соб­но­сти. Сей­час цены на мясо пти­цы в Рос­сии в целом даже ниже, чем в Китае и США.

Если 20 лет назад Рос­сию запо­ло­ни­ли деше­вые «нож­ки Буша», то сего­дня Рос­сия обес­пе­чи­ва­ет себя мясом пти­цы почти пол­но­стью. Все это ста­ло воз­мож­но исклю­чи­тель­но бла­го­да­ря под­держ­ке госу­дар­ства в рам­ках феде­раль­ных про­грамм и наци­о­наль­ных про­ек­тов. По сви­ни­не ситу­а­ция чуть хуже, и пока еще есть боль­шие про­бле­мы с говя­ди­ной. Понят­но, что цикл про­из­вод­ства и оку­па­е­мо­сти про­из­вод­ства в кури­ном биз­не­се коро­че. Более того, биз­нес хочет и даль­ше нара­щи­вать объ­е­мы про­из­вод­ства, но при насы­щен­ном внут­рен­нем рын­ке тепе­рь им нуж­но орга­ни­зо­вать экс­порт. Здесь дело дви­жет­ся, но мед­лен­но. Пото­му что живот­но­вод­че­скую про­дук­цию нель­зя про­сто так поста­вить на экс­порт, стра­ны-поку­па­те­ли про­во­дят дол­гую рабо­ту по соот­вет­ствию фито­са­ни­тар­ным нор­мам. Зача­стую раз­ре­ше­ние таких поста­вок эти стра­ны ста­ра­ют­ся увя­зать с раз­ре­ше­ни­ем про­да­жи их про­дук­ции в Рос­сии или дру­ги­ми пре­фе­рен­ци­я­ми.

В рыб­ной отрас­ли ситу­а­ция ров­но про­ти­во­по­лож­ная. Здесь нет ника­ких огра­ни­че­ний и про­блем с экс­пор­том вылов­лен­ной рыбы. Более того, созда­ны наи­бо­лее бла­го­при­ят­ные усло­вия имен­но для экс­пор­та, а не для поста­вок рыбы на внут­рен­ний рынок.

Вылов рыб­ных ресур­сов в стра­не рас­тет. «За послед­ние шесть лет нарас­ти­ли вылов с 4 млн до 5 млн тонн. Но мы очень хоро­шо уме­ем тор­го­вать нашим сырьем на внеш­них рын­ках, в отли­чие от кури­цы. Пошлин и запре­тов на вывоз рыбы нет», – гово­рит испол­ни­тель­ный дирек­тор Сою­за пред­при­я­тий рыб­но­го хозяй­ства и аква­куль­ту­ры Сер­гей Гуд­ков (Рыб­ный союз).

Так, за послед­ние пять лет постав­ки трес­ки в Мур­ман­ск сокра­ти­лись в три раза. Основ­ной поток мур­ман­ской рыбы идет в стра­ны ЕС. «Сей­час опто­вая цена у рыба­ка 230 руб­лей – и при про­да­же за гра­ни­цу, и при про­да­же на внут­рен­ний рынок», – гово­рит Гуд­ков. На пол­ках мага­зи­нов трес­ка, конеч­но, доро­же за счет транс­порт­ных рас­хо­дов, нало­гов, нацен­ки тор­го­вых сетей и т. д. «Конеч­ная цена рыбы на при­лав­ке может быть в 2–2,5 раза доро­же, чем у рыба­ка. При­чем в ЕС при­мер­но такой же уро­вень наце­нок, затрат и нало­гов», – отме­ча­ет дирек­тор Рыб­но­го сою­за.

Одна­ко 80% трес­ки от рыба­ков ухо­дит на экс­порт, и толь­ко 20% попа­да­ет на внут­рен­ний рос­сий­ский рынок. Гуд­ков объ­яс­ня­ет: «Поку­па­тель­ная спо­соб­но­сть граж­дан ЕС, Япо­нии, Китая и Кореи выше, чем в Рос­сии. А где выше поку­па­тель­ская спо­соб­но­сть, туда и ухо­дит сырье». Рос­си­я­нам трес­ка по такой высо­кой цене не по кар­ма­ну. И ниче­го уди­ви­тель­но, что гла­ва рыбо­пе­ре­ра­ба­ты­ва­ю­ще­го заво­да в Мур­ман­ске жалу­ет­ся, что еле сво­дит кон­цы с кон­ца­ми. «Пере­ра­ба­ты­ва­ю­щие заво­ды недо­за­гру­же­ны, на 50% пустые сто­ят в Мур­ман­ске», – гово­рит Гуд­ков.

Гла­ва Рыб­но­го сою­за объ­яс­ня­ет, что эти 20% для внут­рен­не­го рын­ка наби­ра­ет­ся бла­го­да­ря при­бреж­но­му виду про­мысла, где запре­ща­ет­ся пере­ра­ба­ты­вать и замо­ра­жи­вать рыбу на бор­ту суд­на, пере­гру­жать на дру­гие суда и экс­пор­ти­ро­вать. Такие рыба­ки выло­ви­ли рыбу – и сра­зу ее на берег, где и про­да­ли.

Инте­рес­но, что опто­вая цена на трес­ку у рыба­ка варьи­ро­ва­лась в этом году так: в янва­ре состав­ля­ла 180 руб­лей, летом упа­ла до 135, в нояб­ре сно­ва вер­ну­лась к 180, а тепе­рь уже 230 руб­лей. И такие мета­мор­фо­зы с цено­об­ра­зо­ва­ни­ем напря­мую свя­за­ны с выда­чей квот.

«У «при­бреж­ки» кво­та на вылов все­го 20 тыс. тонн на год при общей кво­те в 500 тыс. тонн. В июне госу­дар­ство доба­ви­ло в «при­бреж­ку» кво­ту еще на 9 тыс. тонн. Рыба­ки нача­ли боль­ше вылав­ли­вать, и цена на трес­ку упа­ла до 135–140 руб­лей. Когда рыба­ки эту допол­ни­тель­ную кво­ту выло­ви­ли, цена опять ушла до 180 руб­лей. В кон­це октяб­ря госу­дар­ство рас­пре­де­ля­ло еще допол­ни­тель­ные кво­ты на 6 тыс. тонн, но «при­бреж­ни­кам» ее не дали, а отда­ли в про­мыш­лен­ный вылов, там, где сра­зу замо­ра­жи­ва­ют (и отправ­ля­ют на экс­порт). И тогда цена на трес­ку выро­сла до 230 руб­лей», – рас­ска­зы­ва­ет гла­ва Рыб­но­го сою­за.

«То есть госу­дар­ство сво­и­ми рука­ми отда­ет рыбу тем рыба­кам, кото­рые выво­зят ее на экс­порт, нало­гов пла­тят по мини­му­му. Поче­му нель­зя отдать боль­ше квот «при­бреж­ни­кам», кото­рые физи­че­ски не могут вывез­ти охла­жден­ную рыбу за гра­ни­цу?»,
– добав­ля­ет Гуд­ков.

Рыб­ный союз пред­ла­га­ет изме­нить систе­му рас­пре­де­ле­ния квот.

«У нас про­стое пред­ло­же­ние: каж­дые пять лет пере­рас­пре­де­лять кво­ты не по исто­ри­че­ско­му прин­ци­пу (сколь­ко у тебя было, столь­ко и отда­ли), а по дина­ми­че­ско­му. Если ты эти пять лет про­да­вал рыбу внут­ри стра­ны, то госу­дар­ство тебя поощ­ря­ет допол­ни­тель­но 10% кво­той на вылов. А тому, кто про­да­вал за гра­ни­цу в пого­не за боль­шой при­бы­лью, отда­вать то, что оста­лось», – гово­рит Гуд­ков.

«Это же не кури­ца, кото­рую я вырас­тил на свои день­ги, поэто­му про­даю куда хочу. Трес­ка – это при­род­ные ресур­сы РФ, поэто­му госу­дар­ство обя­за­но пере­рас­пре­де­лить кво­ты тем, кто уме­ет с при­бы­лью про­да­вать на внут­рен­нем рын­ке. Вот тогда у основ­ной части рыба­ков воз­ни­ка­ет жела­ние про­да­вать рыбу на внут­рен­нем рын­ке и кон­ку­ри­ро­вать за рос­сий­ско­го потре­би­те­ля. Чем боль­ше будет рыбы на внут­рен­нем рын­ке, тем ниже на нее будет цена», – счи­та­ет собе­сед­ник.

Одна­ко гла­ва Рыб­но­го сою­за пере­жи­ва­ет, что изме­нить схе­му рас­пре­де­ле­ния квот не полу­чит­ся, так как «это силь­но оли­гар­хи­че­ская исто­рия». Но есть дру­гой спо­соб про­сти­му­ли­ро­вать рыба­ков про­да­вать на внут­рен­ний рынок боль­ше, чем на экс­порт.

«Мож­но выда­вать льго­ту в 50% за пере­ра­бот­ку рыбы внут­ри стра­ны и еще 50% за реа­ли­за­цию пере­ра­бо­тан­ной рыбы внут­ри стра­ны. Если пере­ра­бо­тал и про­дал внут­ри Рос­сии, зна­чит, сбор за поль­зо­ва­ние био­ло­ги­че­ски­ми вод­ны­ми ресур­са­ми ты не пла­тишь», – гово­рит экс­перт.

«Мож­но сти­му­ли­ро­вать поток рыбы внут­рь стра­ны доволь­но быст­ро, для это­го не тре­бу­ет­ся 10–15 лет. И опять же это не дела­ет­ся за счет рыба­ков, кото­рые долж­ны быть в при­бы­ли. Про­сто сей­час эту при­быль на фоне дру­гих отрас­лей мож­но назвать сверх­при­бы­лью»,
 – гово­рит Гуд­ков.

Нако­нец, в Рос­сии надо раз­ви­вать аква­куль­ту­ру. «Внут­рен­нее про­из­вод­ство, ана­ло­гич­ное пти­це­вод­ству, – это аква­куль­ту­ра. Фак­ти­че­ски ее нет в Рос­сии. Аква­куль­ту­ра состав­ля­ет око­ло 3% от внут­рен­не­го потреб­ле­ния, все осталь­ное – это дикая вылов­лен­ная рыба. А в мире пари­тет – 50% аква­куль­ту­ра, 50% – дикая», – гово­рит Гуд­ков.

Впро­чем, ее раз­ви­ти­ем вла­сти уже заня­лись, есть стра­те­гия раз­ви­тия аква­куль­ту­ры до 2020 года. «Прин­ци­пи­аль­ные реше­ния по ней при­ня­ты. Надо сти­му­ли­ро­вать рост инве­сти­ций в аква­куль­ту­ру. Но сию­ми­нут­но­го успе­ха здесь ждать не сто­ит. Нац­про­ект по пти­це­вод­ству был начат в 2003 году, но резуль­та­ты мы уви­де­ли лишь по про­ше­ствии деся­ти лет. Так и здесь: деся­ть лет будем зани­мать­ся аква­куль­ту­рой, тогда будет види­мый резуль­тат», – заклю­ча­ет Гуд­ков.