Бесконечность прекрасной эпохи: режиссер Говорухин как безвременный символ

Станислав Говорухин © Вячеслав Прокофьев/TACCСтанислав Говорухин © Вячеслав Прокофьев/TACC

14 июня в воз­расте 82 лет скон­чал­ся режис­сер Ста­ни­слав Гово­ру­хин. Егор Бели­ков — о том, что кине­ма­то­гра­фи­ст хотел ска­зать, кажет­ся, во всех сво­их филь­мах.

ТАСС

Гово­ру­хин не менял­ся. Это узна­ет каж­дый, кто посмот­рит его любой ран­ний и любой позд­ний фильм. Они, конеч­но, будут раз­ные: меня­ет­ся тех­ни­ка, коман­да, все меня­ет­ся. А что-то неопи­су­е­мо гово­ру­хин­ское оста­ет­ся. Он берег свое пони­ма­ние того, каким долж­но быть кино, от вся­ких пося­га­тель­ств и этим был ценен.

Неиз­мен­но­сть режис­сер­ско­го сти­ля Гово­ру­хи­на, с одной сто­ро­ны, мож­но рас­це­нить как чрез­мер­ный кон­сер­ва­тизм, с дру­гой — оце­нить незыб­ле­мо­сть автор­ских пред­став­ле­ний о пре­крас­ном. Про­ще гово­ря, если сни­мать кино с 1964 года (мой папа на све­те мень­ше живет), то труд­нее все­го — не изме­нить­ся. А он взял и не изме­нил­ся. Эта моно­лит­но­сть вид­на в любом его твор­че­ском поступ­ке.

Если гово­рить о Гово­ру­хи­не, то начи­нать надо с Высоц­ко­го, хотя он вооб­ще мастер­ски откры­вал акте­ров: «При­клю­че­ния Тома Сой­е­ра» — Вла­ди­слав Гал­кин, даже позд­ний фильм «Бла­го­сло­ви­те жен­щи­ну», и тот — пер­вая роль для Свет­ла­ны Ход­чен­ко­вой. Но фак­ти­че­ски это имен­но Гово­ру­хин пре­под­нес наро­ду образ того Высоц­ко­го, кото­ро­го все полю­би­ли. Это он, начи­на­ю­щий режис­сер из ВГИ­Ка, а ведь «Вер­ти­каль» была его пер­вым филь­мом (даже не само­сто­я­тель­ным, для него и Бори­са Дуро­ва это был дебют на дво­их), вывез съе­моч­ную груп­пу на неде­лю в горы.

Он очень точ­но почув­ство­вал, что поэту и пев­цу надо в любом слу­чае впи­тать атмо­сфе­ру, он, как хаме­леон, дол­жен был адап­ти­ро­вать­ся под обста­нов­ку. «Воло­дя жад­но вслу­ши­вал­ся в раз­го­во­ры, пытал­ся схва­тить суть, понять, ради чего все это…» Ему пона­до­би­лось совсем немно­го вре­ме­ни: «Аль­пи­ни­сты счи­та­ли его сво­им. Вери­ли, что он опыт­ный вос­хо­ди­тель. А он уви­дел горы впер­вые за два меся­ца до того, как напи­сал став­шие таки­ми попу­ляр­ны­ми пес­ни о горах». Так и появил­ся фильм «Вер­ти­каль», а даль­ше вы все сами зна­е­те.

Такой вот он был все­гда — хит­рый, но помал­ки­ва­ю­щий до поры до вре­ме­ни о сво­их хит­ро­стях. Напри­мер, из вос­по­ми­на­ний участ­ни­ков съе­мок его филь­мов выяс­ня­ет­ся, что он стро­ил дале­ко иду­щие пла­ны по пово­ду Высоц­ко­го в «Место встре­чи изме­нить нель­зя». Это ведь Вла­ди­мир Семе­но­вич при­шел к Гово­ру­хи­ну с ори­ги­наль­ной кни­гой, убе­дил его сни­мать. Затем Ста­ни­слав Сер­ге­е­вич смог впе­чат­лить авто­ров кни­ги, и ему отда­ли ее поста­нов­ку. Затем Гово­ру­хин, види­мо, имея в голо­ве длин­ный про­ду­ман­ный план, сде­лал про­бы Высоц­ко­го и еще дру­гих акте­ров, кото­рые явно не под­хо­ди­ли. Так и утвер­ди­ли наше­го Гле­ба Жег­ло­ва.

Связь их тепе­рь веч­ная. Высоц­кий умер, пока в Москве гре­ме­ла Олим­пи­а­да-80. Гово­ру­хин — в пред­две­рии чем­пи­о­на­та мира по фут­бо­лу

А уж как заме­тен харак­тер Гово­ру­хи­на в его позд­нем твор­че­стве, кото­ро­го ста­ло зна­чи­тель­но мень­ше из-за его поли­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Но все же. Вот Weekend, фильм, ска­жем чест­но, неудач­ный (но даже неудач­ный, кста­ти, очень инди­ви­ду­аль­но, по-гово­ру­хин­ски), при­чем настоль­ко, что на «Кино­тавре» над ним в зале сме­я­лись, хотя это по идее дра­ма. Тогда Гово­ру­хин в пер­вый раз ушел из кино, ска­зал, что ему неин­те­рес­но, кура­жа нет. Затем снял «Конец пре­крас­ной эпо­хи», назвал его сво­им луч­шим филь­мом и опять ушел. Потом опять опро­верг уход. «Будем счи­тать, что это вго­ря­чах ска­за­но». Тепе­рь уже не смо­жет сно­ва все пере­иг­рать Ста­ни­слав Сер­ге­е­вич. «Конец пре­крас­ной эпо­хи» — луч­ший фильм, отри­цать уже не полу­чит­ся. А из кино он ушел уже навсе­гда, и мы оста­лись без Гово­ру­хи­на.

Гово­ру­хин мно­го на что повли­ял, всё и навсе­гда изме­нил (ну, как мини­мум в пла­не ощу­ще­ния того, каким было и ста­ло оте­че­ствен­ное кино), но в то же вре­мя невоз­мож­но, кажет­ся, выде­лить что-то кон­крет­ное. Он был кон­сер­ва­ти­вен, был жест­ким в сво­их убеж­де­ни­ях. Это он ини­ци­и­ро­вал закон о запре­те мата в кино и на ТВ, этот закон, конеч­но, тоже на мно­гое повли­ял, осо­бен­но на отно­ше­ние к нему всех режис­се­ров, кото­рые себя в твор­че­ском поле так, как Ста­ни­слав Сер­ге­е­вич, не огра­ни­чи­ва­ли.

И в то же вре­мя это он при­слал на «Кинотавр»-2018, кото­рый закон­чил­ся несколь­ко дней назад, пись­мо, как тепе­рь ста­ло понят­но, про­щаль­ное. При­выч­ные сло­ва: «Хочу сер­деч­но попри­вет­ство­вать… Кино — это неотъ­ем­ле­мая зна­чи­мая часть куль­ту­ры… Тру­дить­ся в сфе­ре кино очень почет­но, но вме­сте с тем чрез­вы­чай­но ответ­ствен­но… Желаю участ­ни­кам фести­ва­ля рас­крыть свой дар и сни­мать свое кино». Но ему поче­му-то важ­но было их пере­дать. Это фак­ти­че­ски послед­нее пуб­лич­ное заяв­ле­ние от Гово­ру­хи­на к самым дерз­ким авто­рам оте­че­ствен­но­го кино­про­ма, в их числе — самым моло­дым.

Что он хотел им ска­зать? Может, про­сто напом­нить о себе как о сим­во­ле неиз­мен­но­сти, о том, что кино мож­но даль­ше сни­мать в луч­ших совет­ских тра­ди­ци­ях, если хочет­ся. О кино, «кото­рое мы поте­ря­ли», поль­зу­ясь назва­ни­ем еще одно­го гром­ко­го и очень лич­но­го филь­ма Гово­ру­хи­на. О том, что он-то, конеч­но, был чело­век из про­шлой, пусть и пре­крас­ной эпо­хи, но пре­крас­ная эпо­ха нику­да не делась. Ведь если о чем-то и гово­рит абсо­лют­но любой фильм веч­но­го режис­се­ра Гово­ру­хи­на, так это о том, что любая эпо­ха пре­крас­ная и нет ей кон­ца.