«Я не могу больше работать на ворованных советских патентах»: ведущий инженер Panasonic попытался вспороть себе живот мечом

В Японии ведущий инженер компании Panasonic, 68-летний Харуто Тагава попытался покончить с собой, написав в предсмертной записке, что законы чести не позволяют ему и дальше вести разработки на основе ворованных и скупленных за бесценок патентов советских инженеров.

Как сооб­ща­ют япон­ские СМИ, поли­ция изна­чаль­но пыта­лась скрыть содер­жи­мое запис­ки, одна­ко выяс­ни­лось, что Тага­ва сфо­то­гра­фи­ро­вал её и разо­слал дру­зьям. В сво­ём посла­нии он напи­сал, что не может и даль­ше «вести рабо­ту, кото­рая сни­зу и доверху про­пи­та­на ложью, постро­е­на на воров­стве и бла­го­слов­ле­на бес­че­сти­ем».

«Всё, чего мы достиг­ли, мы достиг­ли, бла­го­да­ря совет­ским инже­не­рам. Весь совре­мен­ный так назы­ва­е­мый хай­тек осно­ван на их патен­тах, неко­то­рые из кото­рых дати­ру­ют­ся ещё 1960-ми года­ми, когда мы и меч­тать не могли о чём-то высо­ко­тех­но­ло­гич­ном. Потом мы воро­ва­ли эти патен­ты, я видел шпи­он­ские мик­роплён­ки, пере­дан­ные под­куп­лен­ны­ми пре­да­те­ля­ми из СССР. Мы ску­па­ли их патен­ты за бес­це­нок, когда их стра­на рух­ну­ла и им нечем было про­кор­мить­ся. Нас счи­та­ют в мире вели­ки­ми изоб­ре­та­те­ля­ми, одна­ко на самом деле вели­кий изоб­ре­та­тель — совет­ский инже­нер. Тот самый, кото­ро­го лиши­ли все­го. Я не могу боль­ше рабо­тать в инду­стрии, кото­рая появи­лась путём обма­на и зиждет­ся на неспра­вед­ли­во­сти. Моя жиз­нь была посвя­ще­на это­му обма­ну. Я покрыл позо­ром своё имя», — напи­сал он.

В раз­вёр­ну­том посла­нии инже­нер отме­ча­ет, что видел неоспо­ри­мые дока­за­тель­ства того, что япон­ская раз­вед­ка для устра­не­ния кон­ку­рен­ции дела­ла всё, что­бы ухуд­шить каче­ство гото­вой про­дук­ции в СССР. Тага­ва упо­мя­нул слу­чай, на кото­рый лич­но видел финан­со­вые отчё­ты: в 1968 году работ­ник кон­вей­е­ра на Алек­сан­дров­ском радио­за­во­де спе­ци­аль­но заме­нял новые, каче­ствен­ные кон­ден­са­то­ры в радио­при­ём­ни­ках и теле­ви­зо­рах на бра­ко­ван­ные — с рас­чё­том, что устрой­ство вый­дет из строя вско­ре после покуп­ки. За это он каж­дый месяц полу­чал от япон­ских кон­цер­нов сум­му, экви­ва­лент­ную ещё двум его зар­пла­там, и несколь­ко раз в год импорт­ные вещи — мел­кую быто­вую тех­ни­ку, джин­сы, туа­лет­ную бума­гу.

«Это был лишь один из отчё­тов об успеш­но про­ве­дён­ной дивер­сии. А в архи­ве Panasonic их хра­нят­ся тыся­чи, и ведь это не един­ствен­ная ком­па­ния, сотруд­ни­чав­шая тогда с лица­ми в СССР. Страш­но пред­ста­вить, како­му раз­ру­ши­тель­но­му вли­я­нию мы под­верг­ли совет­скую про­мыш­лен­но­сть и обще­ство в целом. Здесь тра­ге­дия — не в сло­ман­ном теле­ви­зо­ре, не в пло­хо рабо­та­ю­щем при­ём­ни­ке. А в том, что ста­ра­ясь устра­нить кон­ку­рен­та на экс­порт­ных рын­ках, мы заста­ви­ли рус­ских в их соб­ствен­ной стра­не думать, буд­то они дей­стви­тель­но не уме­ют делать хоро­шую тех­ни­ку. Пока наши аген­ты вли­я­ния пере­ки­ды­ва­ли укра­ден­ный рубе­ро­ид за завод­скую сте­ну и нароч­но пло­хо точи­ли дета­ли, рус­ские сами реши­ли, что они воры и без­да­ри, а их инже­не­ры и рабо­чие не годят­ся для слож­ных задач, что всё у них из рук валит­ся. А мы в это вре­мя под­ло пожи­на­ли пло­ды», — доба­вил он.

После того как Тага­ва разо­слал текст дру­зьям, он оста­вил запис­ку у поро­га дома, достал меч, кото­рый хра­нил­ся в его семье как семей­ная релик­вия в память о пра­де­де, и вон­зил его себе в живот. К сча­стью, инже­не­ра уда­лось спа­сти — испу­ган­ные тек­стом запис­ки дру­зья успе­ли вызвать ско­рую. Постра­дав­ший поте­рял мно­го кро­ви, одна­ко вра­чи смо­гли его быст­ро про­опе­ри­ро­вать. Реа­би­ли­та­ция после полу­чен­ных травм зай­мёт несколь­ко меся­цев. СМИ обра­ща­лись к Тага­ве за ком­мен­та­ри­ем, одна­ко пока вра­чи запре­ща­ют жур­на­ли­стам иметь с ним кон­так­ты.