Игорь Панарин: «Не дай Бог завтра война, но наша армия к этому готова»

Профессор, доктор политических наук Панарин Игорь НиколаевичПрофессор, доктор политических наук Панарин Игорь Николаевич

Известный политолог о том, как Путину прислали «ответку» за трон византийского императора и что стоит за «желтыми жилетами» во Франции

БИЗНЕС Online

Англия деста­би­ли­зи­ру­ет мир, что­бы сорвать реа­ли­за­цию китай­ско­го про­ек­та «Один пояс — один путь», кото­рый наме­рен объ­еди­нить рын­ки КНР, РФ и Евро­пы, счи­та­ет про­фес­сор и руко­во­ди­тель ассо­ци­а­ции «Инфо­Спец­наз» Игорь Пана­рин. О том, что свя­зы­ва­ет пре­зи­ден­та Фран­ции Мак­ро­на с масо­на­ми и Рот­шиль­да­ми, поче­му Пути­ну не к кому поехать, кро­ме как к мит­ро­по­ли­ту Тихо­ну Шев­ку­но­ву, и может ли Рос­сия научить­ся не про­иг­ры­вать англи­ча­нам, Пана­рин рас­ска­зал в интер­вью «БИЗНЕС Online».

Игорь Пана­рин счи­та­ет, что Англия деста­би­ли­зи­ру­ет мир, что­бы сорвать реа­ли­за­цию китай­ско­го про­ек­та «Один пояс — один путь», кото­рый наме­рен объ­еди­нить рын­ки КНР, РФ и Евро­пы.

«В желтые жилеты переоделся национально ориентированный французский капитал»

— Игорь Нико­ла­е­вич, одним из самых ярких собы­тий кон­ца 2018 года ста­ла рево­лю­ция «жел­тых жиле­тов» во Фран­ции. Неко­то­рые даже ста­ли пого­ва­ри­вать о зака­те Пятой рес­пуб­ли­ки и нача­ле Шестой. Кто, на ваш взгляд, глав­ная мишень этой рево­лю­ции и какие силы за ней сто­ят? Есть ли у фран­цуз­ских про­те­стов «внеш­ние при­чи­ны», как об этом заяв­ля­ют в Евро­пе, сва­ли­вая вину то на США, то на Рос­сию?

— Я думаю, что при­чи­ны у фран­цуз­ских про­те­стов боль­шей частью внут­рен­ние. Нач­нем с того, что во Фран­ции дав­но назре­ва­ет рас­кол. Вспом­ним зна­ме­ни­тый роман Еле­ны Чуди­но­вой «Мечеть Париж­ской Бого­ма­те­ри», смо­де­ли­ро­вав­ший в фан­та­сти­че­ском жан­ре неко­то­рые из сце­на­ри­ев, кото­рые позд­нее нача­ли реа­ли­зо­вы­вать­ся (дей­ствие рома­на про­ис­хо­дит в 2048 году, когда Евро­па, по мыс­ли авто­ра, уже пол­но­стью захва­че­на мусуль­ман­ски­ми мигран­та­ми — прим. ред.). Дей­стви­тель­но, поток бежен­цев из Север­ной Афри­ки и Ближ­не­го Восто­ка, афри­кан­цев и ара­бов, оса­жда­ю­щих Ста­рый Свет, достиг ужа­са­ю­щих раз­ме­ров. Это было оче­вид­но еще лет 8–10 назад — я пом­ню свое впе­чат­ле­ние от «цвет­но­го» Пари­жа, когда про­бле­ма вво­за мигран­тов в Евро­пу вро­де бы еще не выгля­де­ла такой острой.

Дли­тель­ное вре­мя «жел­тые жиле­ты» не выска­зы­ва­ли каких-то опре­де­лен­ных тре­бо­ва­ний, хотя всем было понят­но, что один лишь рост цен на бен­зин вряд ли мог спро­во­ци­ро­вать столь мас­штаб­ные вол­не­ния. Нако­нец, в откры­том досту­пе появи­лись 25 тре­бо­ва­ний, кото­рые про­те­стан­ты предъ­яв­ля­ют сво­е­му пра­ви­тель­ству. Что же мы видим? Да, мно­го эко­но­ми­че­ских тре­бо­ва­ний, каса­ю­щих­ся зар­плат, пен­сий и нало­гов — вплоть до при­зы­ва убрать с дорог рада­ры как фор­му «заву­а­ли­ро­ван­но­го нало­га». Но есть и гром­кие поли­ти­че­ские тре­бо­ва­ния — к при­ме­ру, выход Фран­ции из ЕС и НАТО. И это помо­га­ет нам понять рево­лю­цию 2018 года и встро­ить ее в общий кон­текст фран­цуз­ской исто­рии.

Вспом­ним, что бес­по­ряд­ки 1968 года (так назы­ва­е­мый «крас­ный май» — прим. ред.) во Фран­ции были отве­том на дей­ствия тогдаш­не­го пре­зи­ден­та Шар­ля де Гол­ля. Кста­ти, Совет­ский Союз их не под­дер­жал, и совер­шен­но непра­виль­но, как я счи­таю. Это была одна из стра­те­ги­че­ских оши­бок СССР — не будь ее, исто­рия могла бы пой­ти по-дру­го­му. А в сере­ди­не 1960-х де Голль потре­бо­вал воз­вра­та золо­та, отдан­но­го в США в рам­ках пла­на Мар­шал­ла в обмен на эти «зеле­ные фан­ти­ки», как он назы­вал дол­ла­ры. По сути, фран­цуз­ский пре­зи­дент пред­ло­жил отка­зать­ся от исполь­зо­ва­ния дол­ла­ра в меж­ду­на­род­ных рас­че­тах и вно­вь вер­нуть­ся к золо­то­му стан­дар­ту. «Золо­то не меня­ет сво­ей при­ро­ды: оно может быть в слит­ках, брус­ках, моне­тах; оно не име­ет наци­о­наль­но­сти, оно издав­на и всем миром при­ни­ма­ет­ся за неиз­мен­ную цен­но­сть» — декла­ри­ро­вал тогда де Голль. Этим самым он фак­ти­че­ски под­толк­нул Брет­тон-Вуд­скую систе­му к ее пер­во­му краху в 1971–1973 годах.

Но был и еще один удар, кото­рый фран­цуз­ский лидер нанес окреп­шей после Вто­рой миро­вой вой­ны Аме­ри­ке. Мало кто тепе­рь пом­нит, что штаб-квар­ти­ра НАТО преж­де нахо­ди­лась не в Брюс­се­ле, а в Пари­же. Я, когда был в Пари­же, смот­рел это зда­ние (извест­но как дво­рец Шайо, постро­ен­ный в 1937 году) — там не так дале­ко от рос­сий­ско­го посоль­ства. Но Шарль де Голль насто­ял на том, что­бы в 1967 году штаб-квар­ти­ра Севе­ро­ат­лан­ти­че­ско­го аль­ян­са пере­ме­сти­лась из Шайо в Брюс­сель. Это сви­де­тель­ство­ва­ло о том, что пре­зи­дент Фран­ции начал про­во­дить наци­о­наль­но ори­ен­ти­ро­ван­ный курс. Поэто­му собы­тия 1968 года при их внеш­ней обо­лоч­ке «сту­ден­че­ско­го бун­та» на самом деле были направ­ле­ны лич­но про­тив де Гол­ля и про­тив неза­ви­си­мо­го кур­са Фран­ции.

Что же про­ис­хо­дит сей­час? Моя точ­ка зре­ния на совре­мен­ные фран­цуз­ские собы­тия (хотя еще недо­ста­точ­но инфор­ма­ции) в том, что они диа­мет­раль­но про­ти­во­по­лож­ны вол­не­ни­ям 68-го года. Про­ти­во­по­лож­ны с точ­ки зре­ния век­то­ра: это попыт­ка воз­вра­та к де Гол­лю и наци­о­наль­но­му суве­ре­ни­те­ту, наци­о­наль­но­му госу­дар­ству, к отка­зу от внеш­них рамок ЕС и НАТО, кото­рые сно­ва управ­ля­ют­ся англо­сак­са­ми. Более того, про­шла инфор­ма­ция, что сре­ди «жел­тых жиле­тов» рас­тет запрос на Трам­па. Об этом и сам Дональд Трамп с неко­то­рой наив­но­стью напи­сал в сво­ем «Tвит­те­ре»: «Они скан­ди­ру­ют: „Нам нужен Трамп!“ Люб­лю Фран­цию. Они хотят меня!» Но дело, пожа­луй, не в самом Трам­пе, а в тех моде­лях и сим­во­лах, кото­рые свя­за­ны с ним.

Гово­рят и о необык­но­вен­ной орга­ни­зо­ван­но­сти «жел­тых жиле­тов». Я бы здесь, конеч­но, не исклю­чил орга­ни­за­ци­он­но­го фак­то­ра, но внут­ри­фран­цуз­ско­го. Напом­ню, что Эмма­ну­эль Мак­рон при­шел на пре­зи­дент­ский пост в 2017 году прак­ти­че­ски ниот­ку­да и был совер­шен­но не готов к сво­ей роли. Это пол­но­стью бри­тан­ский став­лен­ник, став­лен­ник лон­дон­ских бан­ки­ров, кото­рый пред­на­зна­чен для внеш­не­го кон­тро­ля и для заго­на Фран­ции в стой­ло. И он эту свою мис­сию выпол­ня­ет, ниче­го из себя лич­но не пред­став­ляя. При­мер­но два года назад (в июне 2016 года — прим. ред.) Мак­рон откры­то посе­тил засе­да­ние извест­ной масон­ской орга­ни­за­ции «Вели­кий восток Фран­ции». Это про­ис­хо­ди­ло в хра­ме Арту­ра Грусье (быв­ше­го вели­ко­го масте­ра «Вели­ко­го восто­ка Фран­ции» — прим. ред.). на ули­це Каде в Пари­же. Мак­рон был тогда еще в ран­ге мини­стра эко­но­ми­ки и финан­сов и сде­лал перед масон­ски­ми бра­тья­ми доклад на тему «Гло­ба­ли­за­ция — сино­ним про­грес­са?». Я видел, кста­ти, этот заме­ча­тель­ный особ­ня­чок на ули­це Каде — кра­си­вый, анту­раж­ный…  Но о чем гово­рит эта связь Мак­ро­на с масо­на­ми и бри­тан­ца­ми? О том, что он абсо­лют­но неса­мо­сто­я­тель­ная фигу­ра. Плюс его мораль­ный облик, его связь с соб­ствен­ным тело­хра­ни­те­лем араб­ско­го про­ис­хож­де­ния (Алек­сан­дром Бенал­лом — прим. ред.), все­воз­мож­ные скан­да­лы… Все это дела­ет нынеш­не­го хозя­и­на Ели­сей­ско­го двор­ца фигу­рой оттор­же­ния у боль­шин­ства насе­ле­ния Фран­ции. Да, с помо­щью опре­де­лен­ных тех­но­ло­ги­че­ских цепо­чек ему помо­гли прий­ти к вла­сти, но чув­ство оттор­же­ния к это­му чело­ве­ку рас­тет на фоне его высох­шей жены, на фоне его про­де­лок с тело­хра­ни­те­ля­ми, на фоне оргий в Ели­сей­ском двор­це, кото­рые народ видит, и на фоне рас­цве­та раз­ных нетра­ди­ци­он­ных тече­ний, кото­рые полу­чи­ли бур­ное раз­ви­тие при Мак­ро­не. При этом уро­вень жиз­ни фран­цу­зов рез­ко ухуд­шил­ся, и нача­лась схват­ка наци­о­наль­но ори­ен­ти­ро­ван­но­го фран­цуз­ско­го капи­та­ла с Рот­шиль­да­ми, преж­де все­го — с лон­дон­ски­ми бан­ки­ра­ми. Это и выра­зи­лось, как мне видит­ся, в дви­же­нии «жел­тых жиле­тов». Это не про­сто улич­ные вол­не­ния — это борь­ба наци­о­наль­но­го капи­та­ла с интер­на­ци­о­наль­ным, в первую оче­редь бри­тан­ским, капи­та­лом. И фран­цу­зы неслу­чай­но гово­рят о Трам­пе — у них сво­е­го, фран­цуз­ско­го Трам­па, пока нет. Марин Ле Пен на эту роль не тянет…

— Я как раз хотел о ней спро­сить. Извест­но, что Марин Ле Пен под­дер­жи­ва­ет дви­же­ние «жел­тых жиле­тов», хотя ее голос в про­те­стах, охва­тив­ших Фран­цию, пока что почти не слы­шен.

— Она, по-мое­му, себя дис­кре­ди­ти­ро­ва­ла. То есть она явно не Трамп, хотя гово­ри­ли, когда шла жест­кая борь­ба меж­ду ней и Мак­ро­ном во вто­ром туре пре­зи­дент­ских выбо­ров, что она похо­жа на него. И Жан-Люк Мелан­шон (депу­тат Наци­о­наль­но­го собра­ния Фран­ции, занял 4-е место на пре­зи­дент­ских выбо­рах 2017 года) тоже, в общем, не Трамп. Пожа­луй, Мак­рон дав­но бы уже сбе­жал в Англию, но у «жел­тых жиле­тов» нет достой­но­го поли­ти­че­ско­го дея­те­ля, нет фран­цуз­ско­го Трам­па. Есть мощ­ное народ­ное недо­воль­ство, но его энер­ге­ти­ка не может офор­мить­ся в виде какой-то поли­ти­че­ской фигу­ры, кото­рая на вол­не про­те­стов могла бы сме­нить Мак­ро­на. Воз­мож­но, такой чело­век появит­ся. Я не исклю­чаю, что его бере­гут до вре­ме­ни — не толь­ко от уча­стия в бар­ри­кад­ных боях, но и от воз­мож­ной дис­кре­ди­та­ции. Я не зна­ток Фран­ции и не могу пол­но­вес­но об этом судить, но пока на поверх­но­сти такая фигу­ра не появи­лась.

В недав­нем про­шлом у фран­цу­зов была такая фигу­ра — это быв­ший дирек­тор-рас­по­ря­ди­тель МВФ Доми­ник Стросс-Кан. Он был дей­стви­тель­но силь­ной доми­ни­ру­ю­щей поли­ти­че­ской фигу­рой, но про­тив него орга­ни­зо­ва­ли про­во­ка­цию, свя­зан­ную яко­бы с домо­га­тель­ством к гор­нич­ной-афро­аме­ри­кан­ке, и выве­ли его из поли­ти­че­ской сфе­ры. Мы хоро­шо пом­ним эту исто­рию, кото­рая закон­чи­лась ничем: жен­щи­на при­зна­лась, что она лга­ла. Одна­ко на Стросс-Кане как поли­ти­ке к тому вре­ме­ни уже был постав­лен кре­ст. Его «убра­ли» пре­вен­тив­но.

«Жел­тые жиле­ты» — ребя­та умные: пом­ня об этом уро­ке, они пони­ма­ют, что нель­зя выво­дить силь­ную фигу­ру рань­ше вре­ме­ни на все­об­щее обо­зре­ние. Сра­зу сра­бо­та­ет закон снай­пе­ров: или НАТО, или бри­тан­цы поста­ра­ют­ся опо­ро­чить ново­яв­лен­но­го лиде­ра. Пока еще Мак­рон — пре­зи­дент Фран­ции, и неиз­вест­но, когда он сбе­жит и сбе­жит ли вооб­ще. Что­бы не было про­во­ка­ций и уда­ров по силь­ной фигу­ре, воз­мож­но, ее про­сто не выво­дят на первую линию, а ждут, когда маят­ник от Пятой рес­пуб­ли­ки кач­нет­ся к Шестой. И тогда «фран­цуз­ский Трамп» появит­ся, но объ­ек­тив­но, конеч­но, есть потреб­но­сть не во «фран­цуз­ском Трам­пе», а в совре­мен­ном де Гол­ле. Для Рос­сии было бы заме­ча­тель­но, если бы во гла­ве Фран­ции встал новый де Голль, кото­рый был бы наце­лен на отлич­ные отно­ше­ния Пари­жа и Моск­вы. Это был бы луч­ший для нас выход из того хао­са, в кото­рый погру­зи­лось фран­цуз­ское обще­ство. Не исклю­чаю, что у «жел­тых жиле­тов» есть какой-то «засад­ный полк» вме­сте с новым вари­ан­том де Гол­ля. Ино­гда назы­ва­ют фами­лии ряда фран­цуз­ских оли­гар­хов, они это или не они — я не знаю. Но убеж­ден, что в «жел­тые жиле­ты» на этот раз пере­одел­ся наци­о­наль­но ори­ен­ти­ро­ван­ный фран­цуз­ский капи­тал.

«Длительное время «желтые жилеты» не высказывали каких-то определенных требований, хотя всем было понятно, что один лишь рост цен на бензин вряд ли мог спровоцировать столь масштабные волнения» Фото: ©Ирина Калашникова, РИА «Новости»Кста­ти, когда Мак­ро­на в Арген­ти­не в аэро­пор­ту (во вре­мя сам­ми­та G20 — прим. ред.) встре­ти­ли одни лишь аэро­дром­ные работ­ни­ки в «жел­тых жиле­тах», я счи­таю, это была не слу­чай­но­сть. В Рос­сии мало кто зна­ет и пони­ма­ет спе­ци­фи­ку Арген­ти­ны. Все счи­та­ют, что это некая испан­ская стра­на, одна­ко это не совсем так. Я несколь­ко раз там бывал и убе­дил­ся, что в Арген­ти­не поров­ну ита­льян­цев и фран­цу­зов, а испан­цы — толь­ко на тре­тьем месте. При­чем там доста­точ­но мно­го быв­ших фран­цу­зов, этни­че­ских, а не толь­ко по фак­ту граж­дан­ства. Поэто­му я не исклю­чаю, что оди­но­че­ство Мак­ро­на в аэро­пор­ту Буэнос-Айре­са и его пер­вое столк­но­ве­ние с «жел­ты­ми жиле­та­ми» могут быть эле­мен­том неко­ей транс­ат­лан­ти­че­ской игры.

— Но дадут ли Фран­ции воз­мож­но­сть стать сво­бод­ной от дик­та­та НАТО и Аме­ри­ки? Она же, в сущ­но­сти, оди­но­ка на евро­пей­ском кон­ти­нен­те.

— Это я рас­ска­зал опти­ми­стич­ный сце­на­рий. Но реаль­ных шан­сов немно­го — ведь еще Нико­ля Сар­ко­зи нару­шил прин­цип де Гол­ля и ввел Фран­цию в воен­ную орга­ни­за­цию. Конеч­но, окру­жен­ная со всех сто­рон, стра­на вряд ли добьет­ся пол­ной неза­ви­си­мо­сти. Но мы видим, что и в Бель­гии появи­лись «жел­тые жиле­ты». Пой­дет ли эта вол­на даль­ше — боль­шой вопрос. Конеч­но, внут­ри­на­тов­ские меха­низ­мы бло­ки­ров­ки всту­пят в дей­ствие. Пред­сто­ит жест­кое про­ти­во­дей­ствие наци­о­наль­но ори­ен­ти­ро­ван­но­му кур­су Фран­ции вне зави­си­мо­сти от того, кто вста­нет в ее гла­ве.

«BREXIT — это как мексиканская стена Дональда Трампа: Англия хочет отгородиться от гибнущей Европы»

— На 29 мар­та насту­па­ю­ще­го 2019 года наме­чен так назы­ва­е­мый Brexit. Уже в янва­ре прой­дет голо­со­ва­ние в бри­тан­ском пар­ла­мен­те, и, если оно будет успеш­ным, раз­вод Вели­ко­бри­та­нии со Ста­рым Све­том ока­жет­ся неот­вра­ти­мым. Состо­ит­ся ли Brexit, на ваш взгляд? И к каким послед­стви­ям это при­ве­дет?

 В слу­чае с Brexit про­смат­ри­ва­ет­ся доволь­но хит­рая и в то же вре­мя про­стая бри­тан­ская ком­би­на­ция. Она пред­по­ла­га­ет, что поток эми­гран­тов из Евро­пы в Англию умень­шит­ся или све­дет­ся к нулю. При этом в Евро­пу, наобо­рот, пред­по­ла­га­ет­ся напра­вить еще боль­ше бежен­цев, насколь­ко это вооб­ще допу­сти­мо по гло­баль­но­му мигра­ци­он­но­му пак­ту ООН. Вот уже и При­бал­ти­ка начи­на­ет бун­то­вать, чув­ствуя, что и над ней нависла общая мигра­ци­он­ная вол­на. Что уж гово­рить про боль­шие евро­пей­ские стра­ны… Но в гла­зах Англии это про­сто нане­се­ние уда­ра по кон­ку­рен­там. При этом все тор­го­вые и эко­но­ми­че­ские пре­фе­рен­ции у Лон­до­на оста­ют­ся. То есть такой нехит­рый план: пусть к кон­ку­рен­там едут мигран­ты, пусть они тра­тят на их содер­жа­ние ресур­сы, пусть бежен­цы там жгут маши­ны и деста­би­ли­зи­ру­ют ситу­а­цию. Это все помо­жет англи­ча­нам устра­нить эко­но­ми­че­ских кон­ку­рен­тов в Евро­пе. А англи­ча­не, напро­тив, ограж­да­ют­ся желез­ным забо­ром от мигран­тов, одна­ко в эко­но­ми­че­ском пла­не ника­ко­го забо­ра нет. Я бы так рас­це­нил весь замы­сел Brexit.

Поток мигран­тов в Вели­ко­бри­та­нию тоже доста­точ­но высок — неуди­ви­тель­но, что они почув­ство­ва­ли опре­де­лен­ную угро­зу. И тепе­рь англи­ча­не пыта­ют­ся ее пере­крыть мощью этой ком­би­на­ции, мак­си­маль­но сохра­нив при этом пре­фе­рен­ции через Север­ную Ирлан­дию и дру­гие направ­ле­ния. Brexit заду­ман как блок, как сво­е­го рода мек­си­кан­ская сте­на Дональ­да Трам­па. Аме­ри­кан­ский пре­зи­дент ведь тоже, ста­вя сте­ну на гра­ни­це с Мек­си­кой, сохра­ня­ет с ней эко­но­ми­че­ские свя­зи. Англи­ча­не при­ду­ма­ли этот маневр несколь­ко рань­ше: на сло­вах они кри­ти­ку­ют Трам­па, но на деле сте­ну меж­ду собой и осталь­ным миром они нача­ле воз­во­дить пер­вы­ми. Обыч­ное ковар­ство.

 — То есть кон­ти­нен­таль­ная Евро­па в гла­зах англи­чан — это тону­щий корабль, отдан­ный на раз­граб­ле­ние мигран­там. А англий­ские джентль­ме­ны в это вре­мя мир­но курят у ками­на.

— Да, но това­ры с тону­ще­го кораб­ля, пока он не пошел ко дну, они хотят брать со скид­кой. То есть сохра­нить отно­ше­ния как в ста­рые доб­рые вре­ме­на.

 — Но англи­ча­не все-таки тоже евро­пей­цы. Неуже­ли им не жал­ко Евро­пу?

— Фак­ти­че­ски они Евро­пу бро­са­ют. В той же Гер­ма­нии уже каж­дый шестой граж­да­нин — этни­че­ски не немец. Толь­ко в про­шлом году сюда при­бы­ли 800 тысяч новых бежен­цев, два года назад — мил­ли­он. Гер­ма­ния — не такая боль­шая по чис­лен­но­сти стра­на: 89 мил­ли­о­нов чело­век. Это не такое уже гигант­ское чис­ло, что­бы в год при­ни­мать по мил­ли­о­ну приш­лых людей, кото­рые не хотят рабо­тать и не соби­ра­ют­ся, а пла­ни­ру­ют жить на соци­аль­ное посо­бие и созда­вать там кри­ми­но­ген­ную сре­ду. При этом им гаран­ти­ру­ет­ся соци­аль­ное посо­бие по 350 евро, вре­мен­ное жилье и пр. То есть при­бли­зи­тель­но 350 мил­ли­о­нов евро немец­кое пра­ви­тель­ство вынуж­де­но еже­ме­сяч­но про­сто отда­вать. Дол­го ли выдер­жит Гер­ма­ния?

Я напом­ню, что основ­ная мигра­ци­он­ная лави­на пошла с 2015 года. Но что ста­ло при­чи­ной? Думаю, что при­чи­на лежит на поверх­но­сти — в 2013 году Пекин про­воз­гла­сил кон­цеп­цию ново­го эко­но­ми­че­ско­го поя­са Шел­ко­во­го пути: «Один пояс — один путь». Потре­бо­ва­лось вре­мя, что­бы англи­ча­не осо­зна­ли, что цель про­ек­та — выход к Евро­пе, к круп­ней­шим евро­пей­ским пор­там вро­де Гам­бур­га и пр. По боль­шо­му сче­ту — при­вяз­ка Евро­пы к Китаю в гло­баль­ном мас­шта­бе вре­ме­ни.  Кон­тей­не­ры по это­му пути будут про­хо­дить в два-три раза быст­рее, чем там, где все кон­тро­ли­ру­ет связ­ка бан­ки­ров.

Когда бри­тан­цы поня­ли, чем может обер­нуть­ся китай­ский про­ект, они реши­ли при­не­сти Евро­пу в жерт­ву. Дескать, луч­ше ты нико­му не доста­нешь­ся, луч­ше погиб­нешь в мигра­ци­он­ном хао­се, неже­ли мы допу­стим такое. Здесь умест­но вспом­нить о Рус­ско-япон­ской вой­не 1904–1905 годов. Бри­тан­цы в этот пери­од финан­си­ро­ва­ли Япо­нию. Поче­му? Пото­му что в нача­ле 1900-х годов пла­ни­ро­ва­лось соеди­нить нашу КВЖД (на тот момент Мань­чжур­скую доро­гу) с Цин­дао, горо­дом кото­рый по кон­цес­сии с 1897 года был пере­дан Гер­ма­нии. И вот две импе­рии, кай­зе­ров­ская Гер­ма­ния и цар­ская Рос­сия, пла­ни­ро­ва­ли осу­ще­ствить посред­ством сооб­ще­ния с Цин­дао гигант­ский тран­севразий­ский про­ект — и далее до Бер­ли­на и Гам­бур­га. 100 лет назад! Поме­ша­ли бри­тан­цы — орга­ни­зо­ва­ли Рус­ско-япон­скую вой­ну. В ито­ге этим пла­нам не суж­де­но было сбыть­ся.

100 лет назад Рос­сия была номе­ром один в этом про­ек­те, посколь­ку Под­не­бес­ная еще оста­ва­лась сла­бой. Сей­час роли меня­ют­ся. Китай — номер один, Рос­сия — номер два и Гер­ма­ния — номер три. И тут опять очень кста­ти для Лон­до­на начи­на­ет­ся раз­ло­же­ние Гер­ма­нии и всей Евро­пы. Во всем этом опять про­чи­ты­ва­ют­ся эко­но­ми­че­ские инте­ре­сы, обыч­ная жаж­да при­бы­ли. Логи­ка здесь опе­ра­тив­ная и очень про­стая, она не мыс­лит кате­го­ри­я­ми: «а что же будет потом, когда Евро­па исчез­нет как цель­но­сть?»

— В том-то и дело. Бри­та­ния — это все­го лишь архи­пе­лаг. Неуже­ли рядом с пыла­ю­щей Евро­пой она смо­жет чув­ство­вать себя в без­опас­но­сти?

— В этом, соб­ствен­но, и про­бле­ма: люди мыс­лят опе­ра­тив­ны­ми кате­го­ри­я­ми полу­че­ния при­бы­ли. Они пола­га­ют, что смо­гут пере­ехать в Швей­ца­рию, а потом, воз­мож­но, в Гон­конг или куда-либо еще, где у них есть бун­ке­ры. Но гло­баль­ная про­бле­ма заклю­ча­ет­ся в том, что с ухо­дом Збигне­ва Бже­зин­ско­го (умер в 2017 году — прим. ред.) на Запа­де прак­ти­че­ски не оста­лось носи­те­лей стра­те­ги­че­ско­го мыш­ле­ния. Ген­ри Кис­син­дже­ру уже 95 лет, вряд ли он еще спо­со­бен кон­цеп­ту­аль­но мыс­лить. А у сего­дняш­них идео­ло­гов сума­сшед­шие при­бы­ли, о кото­рых они пекут­ся, — это глав­ное. И при­бы­ли оста­нут­ся, но на очень корот­кий пери­од вре­ме­ни — до тех пор, пока хаос настиг­нет и их.

«Дли­тель­ное вре­мя «жел­тые жиле­ты» не выска­зы­ва­ли каких-то опре­де­лен­ных тре­бо­ва­ний, хотя всем было понят­но, что один лишь рост цен на бен­зин вряд ли мог спро­во­ци­ро­вать столь мас­штаб­ные вол­не­ния» Фото: ©Ири­на Калаш­ни­ко­ва, РИА «Ново­сти»

Здесь я вспом­ню отца Тихо­на Шев­ку­но­ва, кото­рый бле­стя­ще опи­сал гибель Визан­тии (в сво­ем филь­ме «Гибель импе­рии. Визан­тий­ский урок» — прим. ред.). Когда срав­ни­тель­но неболь­шая турец­кая армия подо­шла к сте­нам непри­ступ­но­го Кон­стан­ти­но­по­ля, почти ник­то из бога­той визан­тий­ской зна­ти не соби­рал­ся защи­щать сто­ли­цу. Очень ско­ро они за это попла­ти­лись — их всех выре­за­ли физи­че­ски. Это очень пока­за­тель­ный при­мер недаль­но­вид­но­сти. Сего­дняш­ние запад­ные маг­на­ты, гоня­ясь за допол­ни­тель­ной при­бы­лью, не видят, что впе­ре­ди — про­пасть, кото­рую во-мно­гом они сами и выры­ли. И эта про­пасть посто­ян­но рас­ши­ря­ет­ся. Вопрос: насколь­ко эти люди адек­ват­ны? Полу­ча­ет­ся, они сна­ча­ла спро­во­ци­ро­ва­ли Рус­ско-япон­скую вой­ну, потом вверг­ли чело­ве­че­ство в Первую и Вто­рую миро­вые вой­ны — и все ради полу­че­ния при­бы­ли в конеч­ном ито­ге. Но тепе­рь сред­ства уни­что­же­ния гораз­до мощ­нее… По-мое­му, чув­ство опас­но­сти у этих людей атро­фи­ро­ва­лось — и в этом гло­баль­ная про­бле­ма не толь­ко для них, но и для всех нас.

— Трам­па неред­ко назы­ва­ют лиде­ром бело­го хри­сти­ан­ско­го боль­шин­ства (хотя неиз­вест­но, боль­шин­ство ли оно). Когда вы гово­ри­те, что у Евро­пы есть спрос на Трам­па, вы под­ра­зу­ме­ва­е­те неко­е­го лиде­ра бело­го насе­ле­ния Евро­пы, кото­рое уже счи­та­ют выми­ра­ю­щим?

— Путин слиш­ком демо­ни­зи­ро­ван для Евро­пы?

— Да, он демо­ни­зи­ро­ван. Для того что­бы про­ве­сти опе­ра­цию раз­де­мо­ни­за­ции, нуж­но вре­мя, а его оста­лось не очень-то мно­го. Демо­ни­за­ция в послед­ние годы идет целе­на­прав­лен­но. С дру­гой сто­ро­ны, мы не смо­гли выдер­жать уда­ра после зна­ме­ни­той поезд­ки Пути­на на Афон — помни­те, когда он занял место в нише, пред­на­зна­чен­ной для визан­тий­ских импе­ра­то­ров (в 2016 году в афон­ском хра­ме Успе­ния Пре­свя­той Бого­ро­ди­цы пре­зи­дент РФ по насто­я­нию гре­ков занял ста­си­дию — самое почет­ное, «цар­ское» место в собо­ре — прим. ред.)? После это­го мы полу­чи­ли ряд уда­ров в кон­тек­с­те имен­но этой исто­рии. Тот сим­во­ли­че­ский жест не при­вел к духов­но­му дви­же­нию, наобо­рот, мы про­яви­ли сла­бо­сть. Я гово­рю не толь­ко о Пути­не, я имею в виду и рус­скую пра­во­слав­ную цер­ко­вь. Оче­вид­но, что круп­ные стра­те­ги­че­ские ошиб­ки были допу­ще­ны нами в послед­ние годы. И в этом не толь­ко наша, но и евро­пей­ская про­бле­ма: Трам­пу в Евро­пе вро­де пока неот­ку­да появить­ся. Но, если, как уже ска­зал, фран­цу­зы до поры до вре­ме­ни скры­ва­ют от посто­рон­них глаз сво­е­го Трам­па, тогда Евро­па еще име­ет шанс на спа­се­ние.

«Часть путинского окружения не тянет своего лидера. Кадровые действия назрели»

— Раз уж вы упо­мя­ну­ли о Пути­не и Афо­не, не могу не спро­сить: раз­рыв Мос­ков­ской пат­ри­ар­хии с Кон­стан­ти­но­поль­ским пат­ри­ар­ха­том — это «ответ­ка» за импе­ра­тор­ские «лав­ры» рос­сий­ско­го пре­зи­ден­та?

— Да, это «ответ­ка», но к ней нуж­но было гото­вить­ся уже на сле­ду­ю­щий день после того, как Вла­ди­мир Путин уехал с Афо­на. Тем более что поче­сти, ока­зан­ные наше­му гла­ве госу­дар­ства, были под­дер­жа­ны афон­ским брат­ством — выстра­и­ва­лась гло­баль­ная инте­гра­ци­он­ная и духов­ная модель, ухо­дя­щая кор­ня­ми в визан­тий­ское про­шлое. Нуж­но было выстра­и­вать меха­низ­мы, одна­ко про­шло несколь­ко лет, но прак­ти­че­ски ниче­го не было выстро­е­но. Отец Тихон, кото­рый един­ствен­ный мог выстро­ить какую-то внят­ную модель, наобо­рот, был отправ­лен из Моск­вы дале­ко.

— В Псков — мит­ро­по­ли­том

— Да, и хоро­шо, что Путин к нему съез­дил в нояб­ре минув­ше­го года (пре­зи­дент РФ посе­тил Свя­то-Успен­ский Пско­во-Печер­ский мона­сты­рь 18 нояб­ря — прим. ред.). Я счи­таю это очень важ­ным момен­том. Имен­но Тихон Шев­ку­нов был цен­тром опре­де­лен­ной кри­стал­ли­за­ции — духов­ной, интел­лек­ту­аль­ной и пра­во­слав­ной — в Москве и в Рос­сии как тако­вой. Кро­ме него нет дру­гой фигу­ры. Так или ина­че, мы ока­за­лись не в состо­я­нии дер­жать удар. Как мы из этой ситу­а­ции вый­дем — пока не очень понят­но. Сей­час про­смат­ри­ва­ет­ся боль­ше нега­тив­ных сце­на­ри­ев, чем пози­тив­ных. Но того нега­тив­но­го сце­на­рия, кото­рый уже запу­щен, с моей точ­ки зре­ния, мож­но было избе­жать.

— Кста­ти, Путин начи­нал свое пре­зи­дент­ство в 2000 году с поезд­ки в Пско­во-Печер­скую лавру. Тогда там еще был жив Иоанн Кре­стьян­кин, зна­ме­ни­тый ста­рец. Есть даже фото­гра­фия, где Путин запе­чат­лен вме­сте с ним. И есть леген­да, что имен­но Кре­стьян­кин бла­го­сло­вил Пути­на на такое длин­ное пре­зи­дент­ство. Тогда, в 2000 году, вто­ро­му после Ель­ци­на пре­зи­ден­ту РФ было очень труд­но — реша­лась его судь­ба и судь­ба всей стра­ны. Но поче­му сей­час, спу­стя 18 лет, Путин сно­ва посе­тил тот же мона­сты­рь? Ему опять очень труд­но и он нуж­да­ет­ся в под­держ­ке?

— В какой-то мере да, сей­час такой же пово­рот­ный момент, какой был в 2000 году. Это свя­за­но с меж­ду­на­род­ной «прес­сов­кой» нашей стра­ны, жест­кой гео­по­ли­ти­че­ской борь­бой в тре­уголь­ни­ке Рос­сия — Китай — США, сопер­ни­че­ством за Евро­пу, внут­ри­по­ли­ти­че­ски­ми интри­га­ми. Оче­вид­но, что часть путин­ско­го окру­же­ния не «тянет» сво­е­го лиде­ра, но пре­зи­дент по эти­че­ским, внут­рен­ним сво­им прин­ци­пам не хочет от него избав­лять­ся. Дихо­то­мия…  В мар­те 2018 года три­умф Пути­на на пре­зи­дент­ских выбо­рах был оче­ви­ден — свы­ше 76 про­цен­тов. А далее после­до­ва­ли ухуд­ше­ние отно­ше­ния к нему в обще­стве, недо­воль­ство ростом нало­гов и пен­си­он­ной рефор­мой. Это целый клу­бок про­блем. Нуж­но при­ни­мать какие-то пово­рот­ные реше­ния. И Вла­ди­мир Вла­ди­ми­ро­вич дав­но взве­ши­ва­ет, какой доро­гой ему идти. Здесь как в сказ­ке — напра­во пой­дешь или нале­во, аль­тер­на­ти­ва неве­се­лая. К при­ме­ру, в 2015 году Путин в тяже­лей­шей ситу­а­ции при­нял очень пра­виль­ное реше­ние: я имею в виду нача­ло сирий­ской анти­тер­ро­ри­сти­че­ской опе­ра­ции. Ина­че Дамаск пал бы одно­знач­но, и эти тер­ро­ри­сти­че­ские орды хлы­ну­ли бы к нам. Все было бы гораз­до хуже. Но Сирию уда­лось удер­жать, уда­лось «отра­бо­тать армию» и под­го­то­вить ее к более круп­но­му воен­но­му кон­флик­ту. Не дай Бог зав­тра вой­на, но, по край­не мере, рос­сий­ские воору­жен­ные силы к это­му гото­вы. Это глав­ный итог Сирии: тер­ро­ри­сты уни­что­же­ны, армия гото­ва, а мы полу­чи­ли пере­дыш­ку.

От нас зави­сит, как мы исполь­зу­ем эту пере­дыш­ку. Кста­ти, сим­во­лич­но, что минув­шим летом Путин ездил отды­хать в тай­гу вме­сте с мини­стром обо­ро­ны Сер­ге­ем Шой­гу и дирек­то­ром ФСБ Алек­сан­дром Борт­ни­ко­вым (на Ени­сей в Рес­пуб­ли­ке Тыва, роди­не Шой­гу — прим. ред.). Так вот, после Кер­чен­ско­го инци­ден­та я счи­таю, что Борт­ни­ков стал фигу­рой номер два, а Шой­гу — номер три. В инфор­ма­ци­он­ном пла­не ФСБ дей­ство­ва­ла с боль­шим про­фес­си­о­на­лиз­мом, и это все­ля­ет боль­ший опти­мизм. Кер­чен­ский инци­дент — это гло­баль­ная про­во­ка­ция высо­ко­го уров­ня, и ФСБ ее не про­сто с честью выдер­жа­ла, а пере­иг­ра­ла орга­ни­за­то­ров, сра­бо­та­ла на пять с плю­сом. Сам Борт­ни­ков про­явил вели­ко­леп­ные орга­ни­за­ци­он­ные спо­соб­но­сти пре­вен­тив­но­го харак­те­ра, а его под­чи­нен­ные сра­бо­та­ли на поря­док выше, чем их кол­ле­ги из мино­бо­ро­ны. Это даже уди­ви­тель­но, пото­му что у «чеки­стов» не было ника­ко­го сирий­ско­го трех­лет­не­го опы­та. Сле­до­ва­тель­но, при жест­кой борь­бе Вла­ди­ми­ру Вла­ди­ми­ро­ви­чу будет на кого опе­реть­ся. И я наде­юсь, что он при­мет вер­ное реше­ние. Ведь у нас кро­ме моби­ли­за­ци­он­но­го пути раз­ви­тия, кото­рый про­де­мон­стри­ро­вал еще Ста­лин, по сути, нет дру­го­го выбо­ра. Сей­час мы нахо­дим­ся в ситу­а­ции 1931 года, толь­ко у нас впе­ре­ди не 10 лет, а гораз­до мень­ше, конеч­но. Поэто­му, кста­ти, Путин, высту­пая перед «Еди­ной Рос­си­ей», заву­а­ли­ро­ван­но про­из­нес неко­то­рые фра­зы из речи Ста­ли­на 1931 года, но в гораз­до более мяг­ком варианте.Общий их смысл в том, что если мы не моби­ли­зу­ем­ся, то нас сомнут (в устах Вла­ди­ми­ра Пути­на это зву­ча­ло сле­ду­ю­щим обра­зом: «Мир в целом нахо­дит­ся в состо­я­нии транс­фор­ма­ции, очень мощ­ной, дина­мич­но раз­ви­ва­ю­щей­ся транс­фор­ма­ции, и, если мы вовре­мя не сори­ен­ти­ру­ем­ся, если мы вовре­мя не пой­мем, что нам нуж­но делать и как, отстать можем навсе­гда» — прим. ред.).

«Мы не смо­гли выдер­жать уда­ра после зна­ме­ни­той поезд­ки Пути­на на Афон, когда он занял место в нише, пред­на­зна­чен­ной для визан­тий­ских импе­ра­то­ров. Тот сим­во­ли­че­ский жест не при­вел к духов­но­му дви­же­нию»

К сожа­ле­нию, сей­час гео­по­ли­ти­че­ская мощь Рос­сии — на тре­тьем месте, нас дого­ня­ет Индия. По воен­но­му потен­ци­а­лу у нас все вро­де бы непло­хо, по эко­но­ми­ке — сла­бо, по неко­то­рым дру­гим пара­мет­рам — тоже. Напри­мер, в кос­ми­че­ской сфе­ре «под уме­лым руко­вод­ством» мы впер­вые за послед­ние годы отка­ти­лись назад. Рань­ше Рос­сия все­гда лиди­ро­ва­ла по коли­че­ству запус­ков ракет, а тепе­рь мы — на тре­тьем месте. Это тех­но­ло­ги­че­ское пора­же­ние. Мно­го иных нега­тив­ных фак­то­ров, кото­рые не очень спо­соб­ны все­лить опти­мизм. Необ­хо­ди­мо быст­ро пере­стра­и­вать­ся. Я думаю, какие-то реше­ния могут быть при­ня­ты сра­зу после Ново­го года. Оче­вид­но, что здесь назре­ли и кад­ро­вые дей­ствия. Пой­дет ли Путин на них, не знаю.

— От него дав­но ждут этих дей­ствий и, кажет­ся, уже уста­ли ждать.

— Поэто­му Путин и ездил к отцу Тихо­ну. В этой ситу­а­ции ему боль­ше не к кому поехать, как я пони­маю. Отец Тихон бле­стя­ще зна­ет исто­рию. Гибель Визан­тии он изу­чил деталь­но, и я наде­юсь, что эти уро­ки он смог пере­дать сво­е­му высо­ко­по­став­лен­но­му гостю.

«Аналога британской кибербригаде нет ни в одной стране мира. Солсбери, Скрипали — это их работа»

 Я смот­рел ваши роли­ки, посвя­щен­ные Кер­чен­ско­му инци­ден­ту. Там в каче­стве наше­го основ­но­го про­тив­ни­ка в этих собы­ти­ях вы упо­ми­на­е­те 77-ю бри­тан­скую бри­га­ду. Что это за бри­га­да — рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, подроб­нее.

— Фак­ти­че­ски это офи­ци­аль­ная кибер­бри­га­да (77th Brigade), насчи­ты­ва­ю­щая в сво­их рядах око­ло 2 тысяч чело­век и пред­на­зна­чен­ная для дез­ин­фор­ма­ции и рабо­ты в соци­аль­ных сетях, рос­сий­ских преж­де все­го. Ана­ло­га это­му кибер­фор­ми­ро­ва­нию нет ни в одной стра­не мира, в том числе в США, свое под­раз­де­ле­ние со схо­жи­ми зада­ча­ми аме­ри­кан­цы толь­ко наби­ра­ют. Вели­ко­бри­та­ния опе­ре­ди­ла всех. Все эти Сол­с­бе­ри, Скри­па­ли и дру­гие про­во­ка­ции — это их рабо­та. В том же ряду дол­жен был застол­бить себя и Кер­чен­ский инци­дент, но ФСБ, как я уже ска­зал, смо­гла их пере­иг­рать. Если ребя­та про­счи­та­ли тех людей, кото­рые про­фес­си­о­наль­но рабо­та­ют вот уже несколь­ко лет (офи­ци­аль­но бри­га­да, име­ну­е­мая так­же «Чин­ди­ты» (Chindits), была вве­де­на в дей­ствие в апре­ле 2015 года — прим. ред.), зна­чит, это воз­мож­но. Добав­лю, что фак­ти­че­ски эта англий­ская бри­га­да руко­во­дит дея­тель­но­стью кибер­цен­тра НАТО в Тал­ли­не (так назы­ва­е­мый цен­тр пере­до­во­го опы­та аль­ян­са по коопе­ра­тив­ной кибе­робо­ро­не — прим. ред.) и похо­же­го цен­тра в Риге. Фак­ти­че­ски это их пере­до­вой пункт. Сюда же мож­но доба­вить бри­тан­скую базу на ост­ро­ве Кипр. Инте­рес­но так­же, что, как сооб­щи­ла 2 декаб­ря «Рус­ская служ­ба Би-Би-Си», несколь­ко групп воен­ных из сек­рет­ной 77-й бри­га­ды бри­тан­ской армии нахо­дят­ся на Укра­и­не. То есть цепоч­ка НАТО вокруг Рос­сии выстра­и­ва­ет­ся со всех сто­рон вдоль гра­ниц. Поэто­му это очень опас­ная струк­ту­ра, и недо­оце­ни­вать ее нель­зя, да и чис­лен­но­сть очень при­лич­ная — 2 тыся­чи воен­но­слу­жа­щих. В Рос­сии таких фор­ми­ро­ва­ний, в прин­ци­пе, нет. То, в чем нас обви­ня­ют (так назы­ва­е­мые рус­ские хаке­ры), дела­ет­ся вне госу­дар­ствен­ных струк­тур и по чис­лен­но­сти на поря­док мень­ше. Без­услов­но, нам необ­хо­ди­мо сфор­ми­ро­вать похо­жие вое­ни­зи­ро­ван­ные струк­ту­ры, более актив­но про­дви­гать свою пози­цию на тер­ри­то­рии Евро­пы. Нам выгод­но, что­бы Евро­па была спа­се­на и избав­ле­на от хао­са. План Вели­ко­бри­та­нии, о кото­ром я гово­рил выше, — это удар не толь­ко по Китаю, но и по нам.

— За счет чего мы пере­иг­ра­ли 77-ю бри­га­ду в исто­рии с Кер­чен­ским инци­ден­том?

—  Глав­ное — это опе­ре­же­ние в интер­пре­та­ции собы­тий. Для срав­не­ния: в офи­ци­аль­ном «Tвит­те­ре» мино­бо­ро­ны РФ сооб­ще­ние о слу­чив­шей­ся тра­ге­дии с ИЛ-20 появи­лось толь­ко спу­стя 14 часов после того, как само­ле­ты Изра­и­ля целе­на­прав­лен­но «под­ста­ви­ли» под ПВО Сирии наш ИЛ-20. Меж­ду про­чим, инфор­ми­ро­ва­ние о про­изо­шед­шем и дове­де­ние сво­ей точ­ки зре­ния — это раз­ные вещи. Появ­ле­ние инфор­ма­ции о самом про­ис­ше­ствии через 14 часов после него — это же абсурд. При нали­чии гигант­ско­го коли­че­ства людей в инфор­ма­ци­он­ном депар­та­мен­те мино­бо­ро­ны это тем более пора­зи­тель­но. А ФСБ, напро­тив, сде­ла­ла чет­кое опе­ра­тив­ное доку­мен­ти­ро­ва­ние всей про­во­ка­ции и орга­ни­зо­ва­ла быст­рую пода­чу нашей повест­ки дня и нашей, рос­сий­ской точ­ки зре­ния в СМИ. Три­ум­фом было то, что по теле­ка­на­лу Euronews (ясно, что мы им не управ­ля­ли) был пока­зан гигант­ский репор­таж от 28 нояб­ря. Я сам его смот­рел: там 70 про­цен­тов вре­ме­ни было посвя­ще­но нашей трак­тов­ке Кер­чен­ско­го инци­ден­та, и лишь 30 про­цен­тов — дру­гой точ­ке зре­ния. Обыч­но все быва­ет с точ­но­стью до наобо­рот. И это толь­ко пото­му, что ФСБ уда­лось создать бла­го­при­ят­ный для нас инфор­ма­ци­он­ный поток. По сути, это про­изо­шло впер­вые. Сра­бо­та­ла систе­ма, но под управ­ле­ни­ем ФСБ. Под управ­ле­ни­ем мино­бо­ро­ны и дру­гих струк­тур ниче­го подоб­но­го, к сожа­ле­нию, не про­ис­хо­дит.

— Я знаю людей из мино­бо­ро­ны, рабо­тал с ними какое-то вре­мя и хоро­шо пред­став­ляю себе их замед­лен­ную реак­цию.

— Я сам был в шоке: о чем мож­но гово­рить в «Tвит­те­ре» спу­стя 14 часов, когда вопрос реша­ет­ся по мину­там, а через час-дру­гой уже долж­на быть сфор­ми­ро­ва­на кар­ти­на? То же самое на их сай­те, Facebook и так далее.

— А поче­му со Скри­па­ля­ми так не полу­чи­лось?

— «Дело Скри­па­лей» — это глу­бин­ная про­во­ка­ция. Оче­вид­но, что бри­тан­цы пере­иг­ра­ли нас: они раз­ра­бо­та­ли ком­би­на­цию, на кото­рую мы свое­вре­мен­но не сре­а­ги­ро­ва­ли. А у них уже был чет­кий план в то вре­мя, как наши струк­ту­ры тра­ди­ци­он­но дей­ство­ва­ли с запоз­да­ни­ем. Для нас эта инфор­ма­ци­он­ная исто­рия совер­шен­но не в плюс, как гово­рит­ся. Здесь была ком­плекс­ная кам­па­ния, но не знаю, кто ей зани­мал­ся. ФСБ этим не зани­ма­лась. ФСБ пока­за­ла, как она может, в Кер­чи. Меж­ду Кер­чью и «делом Скри­па­лей» — дистан­ция огром­но­го раз­ме­ра.

— Сле­до­ва­ло ли выпус­кать на теле­экран Пет­ро­ва и Боши­ро­ва, в искрен­но­сти кото­рых усо­мни­лись мно­гие теле­зри­те­ли?

— На мой взгляд, дело вовсе не в Пет­ро­ве и Боши­ро­ве. И не в этом отдель­ном эпи­зо­де. Мы с само­го нача­ла заня­ли непра­виль­ную пози­цию. С опоз­да­ни­ем, 16-го числа, то есть боль­ше чем через 10 дней после собы­тий и после того, как сфор­ми­ро­ва­лось общее пред­став­ле­ние миро­вых СМИ о ситу­а­ции, мы нача­ли реа­ги­ро­вать. Пово­дом ста­ло то, что в этой тра­ге­дии постра­да­ла граж­дан­ка Рос­сии. И толь­ко через 10 дней, повто­рюсь, нача­лось рос­сий­ское рас­сле­до­ва­ние по это­му вопро­су. По логи­ке опе­ра­тив­но­сти надо было сре­а­ги­ро­вать в тече­ние суток! Поэто­му нет смысла рас­смат­ри­вать этот отдель­ный шаг с Пет­ро­вым и Боши­ро­вым — удач­ный он или нет. С само­го нача­ла была при­ня­та непра­виль­ная стра­те­гия реа­ги­ро­ва­ния. В ней даже ниче­го не было про­счи­та­но. Мож­но ведь любую про­во­ка­цию про­счи­тать. А про­тив­ник, оче­вид­но, смо­де­ли­ро­вал все наши дей­ствия. Он навя­зы­вал ини­ци­а­ти­ву, пред­ви­дел нашу реак­цию, ждал наших дей­ствий, а потом уже забра­сы­вал сле­ду­ю­щие ловуш­ки. Мы же с само­го нача­ла были объ­ек­том про­ти­во­бор­ства, а не субъ­ек­том: нам все вре­мя ста­ви­ли какие-то ввод­ные, мы на них реа­ги­ро­ва­ли, ино­гда удач­но, ино­гда — нет; сле­до­ва­ли новые ввод­ные, и мы посто­ян­но пле­лись в хво­сте.

Хотя дез­ин­фор­ма­ци­он­ная состав­ля­ю­щая «дела Скри­па­лей» была оче­вид­на, начи­ная со зна­ме­ни­той фото­гра­фии, сде­лан­ной в пиц­це­рии за несколь­ко часов до отрав­ле­ния. На сним­ке Сер­гей и Юлия Скри­паль сидят с под­ня­ты­ми бока­ла­ми, а в зер­ка­ле на зад­нем пла­не смут­но отра­жа­ет­ся фото­граф. Кто этот чело­век? Постра­дал ли он тоже? Поче­му о нем нет ника­ко­го упо­ми­на­ния в деле? Ни один из этих вопро­сов мы не зада­ли. Это пози­ция, кото­рая, мяг­ко гово­ря, не ведет к успе­ху. Но по Кер­чи наша игра, наша повест­ка дня доми­ни­ро­ва­ла. Оче­вид­но, что за Сол­с­бе­ри и Кер­чь отве­ча­ли раз­ные люди. Зна­чит, мож­но и бри­тан­цев пере­иг­ры­вать — мож­но и нуж­но. Я наде­юсь, что пре­зи­дент это оце­нит и при­мет реше­ние, что­бы мы не про­иг­ры­ва­ли впредь.

— Да, и он нужен не толь­ко для Фран­ции, он нужен и Гер­ма­нии. Анге­ла Мер­кель — явно не тот лидер, кото­ро­го тре­бу­ет вре­мя. Быть может, Мат­тео Саль­ви­ни, ита­льян­ский мини­стр внут­рен­них дел и один из лиде­ров Лиги Севе­ра, спо­со­бен вырас­ти до уров­ня все­ев­ро­пей­ско­го лиде­ра. В нача­ле декаб­ря, когда Саль­ви­ни собрал мани­фе­ста­цию в Риме с уча­сти­ем 80 тысяч чело­век, он гово­рил, что погро­мы и бес­по­ряд­ки во Фран­ции пло­дят нище­та и мигран­ты. Но насколь­ко ему дадут вырас­ти? Пока что он даже не ита­льян­ский лидер, не пре­мьер-мини­стр, а про­сто мини­стр внут­рен­них дел. Одна­ко на евро­пей­ском уров­не я не вижу ника­кой иной фигу­ры, кро­ме Саль­ви­ни. В США про­изо­шло, соб­ствен­но гово­ря, вос­ста­ние бело­го насе­ле­ния, кото­рое выдви­ну­ло из сво­их рядов Дональ­да Трам­па (или Трамп его осед­лал). В Евро­пе ана­ло­гич­ный про­цесс идет, но кто воз­гла­вит его? К при­ме­ру, смо­жет ли Вла­ди­мир Путин стать таким лиде­ром? К сожа­ле­нию, вряд ли, навер­ное.