Зачем Михаил Прохоров перевел холдинг «Онэксим» из офшора в Россию

Фото Сергея Савостьянова / ТАСС
Фото Сергея Савостьянова / ТАСС

Анастасия Ляликова Forbes Staff

Прохоров готовился пойти по пути деофшоризации еще в 2013 году, но сделал это только сейчас — вслед за Алишером Усмановым и Алексеем Мордашовым

Мил­ли­ар­дер Миха­ил Про­хо­ров F 13 стал пря­мым вла­дель­цем ком­па­нии «Груп­па Онэк­сим». Об этом сви­де­тель­ству­ют дан­ные систе­мы «СПАРК-Интер­факс» (пер­вы­ми на это обра­ти­ли вни­ма­ние «Ведо­мо­сти»). Изме­не­ния про­изо­шли 1 фев­ра­ля. До это­го момен­та биз­нес­мен вла­дел ком­па­ни­ей через Onexim Group Limited, заре­ги­стри­ро­ван­ную на Бри­тан­ских Вир­гин­ских ост­ро­вах.

О том, что­бы пере­ве­сти «Онэк­сим» из офшо­ров в Рос­сию, Миха­ил Про­хо­ров думал дав­но. Еще в июне 2013 года Феде­раль­ная анти­мо­но­поль­ная служ­ба (ФАС) удо­вле­тво­ри­ла его хода­тай­ство о при­об­ре­те­нии 100% в «Онэк­си­ме» (на тот момент при­над­ле­жа­ла Onexim Group Management LTD на БВО). На тот момент биз­нес­мен воз­глав­лял пар­тию «Граж­дан­ская плат­фор­ма», чем и была вызва­на необ­хо­ди­мо­сть изба­вить­ся от ино­стран­ных акти­вов. Тогда же акти­вы биз­не­сме­на были пере­да­ны в тра­с­то­вое управ­ле­ние парт­не­рам по «Онэк­си­му». Фор­маль­но груп­па вла­де­ла толь­ко акци­я­ми стра­хо­вой ком­па­нии «Согла­сие», но управ­ля­ла доля­ми в UC Rusal, энер­ге­ти­че­ской ком­па­нии «Квад­ра», деве­ло­пер­ской ком­па­нии ОПИН, инвест­бан­ке «Ренес­санс Капи­тал», меди­а­ком­па­ни­ях «ЖИВИ!» и РБК, бан­ке «Меж­ду­на­род­ный финан­со­вый клуб», про­из­во­ди­те­ле све­то­ди­о­дов «Опто­ган», а так­же доля­ми в про­ек­те «Ё-мобиль», гор­но-метал­лур­ги­че­ской ком­па­нии «Интер­гео» и про­ек­те Witology.

С тех пор мил­ли­ар­дер рас­про­щал­ся с поли­ти­че­ски­ми амби­ци­я­ми, а струк­ту­ра его акти­вов пре­тер­пе­ла зна­чи­тель­ные изме­не­ния. Сей­час «Груп­па Онэк­сим» напря­мую вла­де­ет толь­ко 50% «Квад­ры» и 3,7% акций рей­тин­го­во­го аген­ства АКРА. От зна­чи­тель­ной части акти­вов в Рос­сии Про­хо­ров изба­вил­ся в ходе боль­шой рас­про­да­жи 2016–2017 годов. Ему так­же при­над­ле­жат напря­мую 58% в СК «Согла­сие» и 83,6% в бан­ке МФК.

Зачем миллиардеру понадобилось переводить «Онэксим» в Россию?

Борь­ба с офшо­ра­ми ста­ла уже миро­вым трен­дом и сопро­вож­да­ет­ся изме­не­ни­я­ми в зако­но­да­тель­стве, напо­ми­на­ет руко­во­ди­тель прак­ти­ки меж­ду­на­род­но­го нало­го­об­ло­же­ния ФБК Legal Дмит­рий Пара­мо­нов. Не обо­ш­ли ново­вве­де­ния и БВО. С ново­го года вла­сти ост­ров­но­го госу­дар­ства тре­бу­ют, что­бы ком­па­нии, кото­рые не ведут актив­ный биз­нес, име­ли доста­точ­ное при­сут­ствие в стра­не, напри­мер, офис и пер­со­нал. Смысла обес­пе­чи­вать такую струк­ту­ру нет, но если это не будет сде­ла­но, соб­ствен­ни­ку гро­зит уго­лов­ная ответ­ствен­но­сть. «И полу­чать неболь­шой, но все-таки уго­лов­ный штраф у людей нет жела­ния. Это клей­мо на всю жиз­нь. Поэто­му сей­час мно­гие ухо­дят из этой юрис­дик­ции», — пояс­ня­ет Пара­мо­нов.

Могут быть и дру­гие при­чи­ны. «Рос­сий­ская нало­го­вая служ­ба очень тща­тель­но сле­дит за все­ми выпла­та­ми за рубеж, уста­нов­лен режим сквоз­ной выпла­ты дохо­дов с нало­го­об­ло­же­ни­ем конеч­но­го полу­ча­те­ля, — объ­яс­ня­ет Пара­мо­нов. — Про­ме­жу­точ­ные струк­ту­ры ста­но­вят­ся про­зрач­ны­ми для нало­го­вых орга­нов и, соот­вет­ствен­но, ненуж­ны­ми». Но деоф­шо­ри­за­ция может при­не­сти и выго­ду. Если Миха­ил Про­хо­ров, к при­ме­ру, вос­поль­зо­вал­ся льго­той при лик­ви­да­ции ино­стран­ной ком­па­нии, он мог пере­офор­мить все акти­вы на себя без упла­ты нало­гов и через пять лет смо­жет про­дать их — так­же без упла­ты нало­гов.

Управ­ля­ю­щий парт­нер АБ «Дело­вой фар­ва­тер» Роман Тере­хин согла­сен с тем, что с уче­том вве­де­ния обшир­но­го паке­та попра­вок, свя­зан­ных с деоф­шо­ри­за­ци­ей, скры­вать фак­ти­че­ско­го вла­дель­ца биз­не­са не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным. Моти­вы могут быть свя­за­ны и с поли­ти­кой. США все­рьез заня­лись поис­ком денеж­ных сред­ств извест­ных рос­си­ян, и вла­де­ние круп­ны­ми акти­ва­ми в Рос­сии через ком­па­нию на БВО сей­час не кажет­ся таким уж и без­опас­ным и надеж­ным.

Пере­вод «Онэк­си­ма» в Рос­сию озна­ча­ет и то, что тепе­рь Про­хо­ров будет лич­но полу­чать диви­ден­ды от ком­па­нии и пла­тить с них НДФЛ по став­ке 13% вме­сто 15%, кото­рые рос­сий­ская орга­ни­за­ция долж­на была ранее удер­жи­вать при выпла­те диви­ден­дов в поль­зу орга­ни­за­ции на БВО.

В про­шлом году сра­зу два участ­ни­ка рос­сий­ско­го спис­ка Forbes пере­ве­ли часть сво­их акти­вов в Рос­сию. Алек­сей Мор­да­шов F 2 пере­вел на роди­ну из Кипра «Сило­вые маши­ны», «Све­зу» и «Утко­нос», а Али­шер Усма­нов F 10— «Метал­ло­ин­ве­ст» и «Мега­фон».