Немецкие солдаты про Сталинград

«Если мы про­иг­ра­ем эту вой­ну, нам ото­мстят за всё, что мы сде­ла­ли. Когда мы при­шли в Ста­лин­град, нас было 140 чело­век, а к 1 сен­тяб­ря, после двух­не­дель­ных боёв, оста­лось толь­ко 16.
Все осталь­ные ране­ны и уби­ты. У нас нет ни одно­го офи­це­ра, и коман­до­ва­ние под­раз­де­ле­ни­ем вынуж­ден был взять на себя унтер-офи­цер. Из Ста­лин­гра­да еже­днев­но выво­зит­ся в тыл до тыся­чи ране­ных. Как ты видишь, поте­ри у нас нема­лые…»

Из пись­ма сол­да­та Ген­ри­ха Маль­ху­са, п/п 17189, ефрей­то­ру Кар­лу Вейт­це­лю. 13.XI.1942 г.

«Да, здесь при­хо­дит­ся бла­го­да­рить Бога за каж­дый час, что оста­ёшь­ся в живых. Здесь ник­то не уйдёт от сво­ей судь­бы. Самое ужас­ное, что при­хо­дит­ся без­ро­пот­но ждать, пока насту­пит твой час.
Либо сани­тар­ным поез­дом на роди­ну, либо немед­лен­ной и страш­ной смер­тью в поту­сто­рон­ний мир. Лишь немно­гие, богом избран­ные счаст­лив­цы бла­го­по­луч­но пере­жи­вут вой­ну на фрон­те под Ста­лин­гра­дом…»

Из пись­ма сол­да­та Пау­ля Боль­це Марии Смуд. 18.XI.1942 г.

«Я был на моги­ле Гил­ле­брон­да из Эллер­са, уби­то­го побли­зо­сти от Ста­лин­гра­да. Она нахо­дит­ся на боль­шом клад­би­ще, где лежит око­ло 300 немец­ких сол­дат. Из моей роты там тоже 18 чело­век. Такие боль­шие клад­би­ща, где погре­бе­ны исклю­чи­тель­но немец­кие сол­да­ты, встре­ча­ют­ся чуть ли не на каж­дом кило­мет­ре вокруг Ста­лин­гра­да…»

Из пись­ма ефрей­то­ра Авгу­ста Эндер­са, п/п 41651 А, жене. 15.XI.1942 г.

«Здесь сущий ад. В ротах насчи­ты­ва­ет­ся едва по 30 чело­век. Ниче­го подоб­но­го мы ещё не пере­жи­ва­ли. К сожа­ле­нию, все­го я вам напи­сать не могу. Если судь­ба поз­во­лит, то я вам когда-нибудь об этом рас­ска­жу. Ста­лин­град — моги­ла для немец­ких сол­дат. Чис­ло сол­дат­ских клад­бищ рас­тёт…»

Из пись­ма обер-ефрей­то­ра Иозе­фа Цима­ха, п/п 27800, роди­те­лям. 20.XI.1942 г.

«Вче­ра мы полу­чи­ли вод­ку. В это вре­мя мы как раз реза­ли соба­ку, и вод­ка яви­лась очень кста­ти. Хет­ти, я в общей слож­но­сти заре­зал уже четы­рёх собак, а това­ри­щи никак не могут наесть­ся досы­та. Одна­жды я под­стре­лил соро­ку и сва­рил её…»

Из пись­ма сол­да­та Отто Зех­ти­га, 1-я рота 1-го бата­льо­на 227-го пехот­но­го пол­ка 100-й лег­ко-пехот­ной диви­зии, п/п 10521 В, Хет­ти Камин­ской. 29.XII.1942 г.

«Как чудес­но могли бы мы жить, если не было этой про­кля­той вой­ны! А тепе­рь при­хо­дит­ся ски­тать­ся по этой ужас­ной Рос­сии, и ради чего? Когда я об этом думаю, я готов выть от доса­ды и яро­сти…»

Из пись­ма обер-ефрей­то­ра Арно Бее­ца, 87-й артил­ле­рий­ский полк 113-й пехот­ной диви­зии, п/п 28329 Д, неве­сте. 29.XII.1942 г.

«Часто зада­ёшь себе вопрос: к чему все эти стра­да­ния, не сошло ли чело­ве­че­ство с ума? Но раз­мыш­лять об этом не сле­ду­ет, ина­че в голо­ву при­хо­дят стран­ные мыс­ли, кото­рые не долж­ны были бы появ­лять­ся у нем­ца. Но я спа­са­юсь мыс­ля­ми о том, что о подоб­ных вещах дума­ют 90% сра­жа­ю­щих­ся в Рос­сии сол­дат».

Из пись­ма ефрей­то­ра Аль­брех­та Отте­на, п/п 32803, жене. I.I.1943 г.

«Я про­чёл уль­ти­ма­тум, и жгу­чая зло­ба на наших гене­ра­лов вски­пе­ла во мне. Они, по-види­мо­му, реши­ли окон­ча­тель­но угро­бить нас в этом чёр­то­вом месте. Пусть гене­ра­лы и офи­це­ры сами вою­ют. С меня доволь­но. Я сыт вой­ной по гор­ло…»

Из пока­за­ний плен­но­го ефрей­то­ра Иозе­фа Швар­ца, 10-я рота 131-го пехот­но­го пол­ка 44-й пехот­ной диви­зии. II.I.1943 г.