Страны мечтающие о территориальных приобретениях за счёт России, или очередь желающих «от мёртвого осла уши»

Крепость Ивангород. Фото из Яндекс-коллекции.
Крепость Ивангород. Фото из Яндекс-коллекции.

Единственное европейское государство, оспаривающее кусок России на дипломатическом уровне, помимо Украины, сегодня – Эстония. И это не декларации отдельных партий, а вполне государственная позиция. Не так давно эстонский министр МВД Март Хельме заявил, что в руках России, на сегодняшний день, находятся, как минимум, пять процентов эстонских территорий.

zen.yandex.ru

Речь о Печор­ском рай­о­не и Иван-горо­де, ста­рин­ной рус­ской кре­по­сти, осно­ван­ной Ива­ном Тре­тьим ещё в кон­це 15 века.

Любо­пыт­но, что в лето­пи­сях, опи­сы­ва­ю­щих факт утвер­жде­ния кре­по­сти на восточ­ном бере­гу Нар­вы, вооб­ще нет речи ни о каких эстон­цах. Дого­вор о раз­гра­ни­че­нии под­пи­сан с баро­на­ми немец­ко­го горо­да Руго­ди­ва, нынеш­ней Нар­вы. Сна­ча­ла Нар­ва при­над­ле­жа­ла дат­ча­нам, а с 14 века – Ливон­ско­му орде­ну. После Ливон­ской вой­ны кре­по­сть ока­за­лась вла­стью мос­ков­ско­го царя, и по лето­пи­сям Орде­на, «силь­но обру­се­ла, при­няв образ жиз­ни схиз­ма­тов (пра­во­слав­ных)». Оче­ред­ные пре­тен­ден­ты на Нарву – шве­ды, попы­та­лись решить вопрос ради­каль­но, выре­зав в 1581 году почти всех жите­лей, ходив­ших в Рус­скую Цер­ко­вь, но так ниче­го и не доби­лись.

Ништад­ский мир со шве­да­ми 1721 года, после побе­ды в Север­ной вой­не, закре­пил за Рос­сий­ской Импе­ри­ей всю При­бал­ти­ку «с горо­да­ми и кре­по­стя­ми: Ригою, Дюна­мин­дом, Пер­на­вою, Реве­лем, Дерп­том, Нар­вою, Выбор­гом, Кекс­голь­мом, и все­ми про­чи­ми к помя­ну­тым про­вин­ци­ям над­ле­жа­щи­ми горо­да­ми, кре­по­стя­ми, гаве­ня­ми, места­ми, дис­трик­та­ми, бере­га­ми с ост­ро­ва­ми: Эзель, Даго и Меном и все­ми дру­ги­ми от Кур­лянд­ской гра­ни­цы по Лиф­лянд­ским, Эст­лянд­ским и Ингер­ман­ланд­ским бере­гам».

Гравюра А. Шарлеманя "Пётр объявляет Ништадский мир". Картинка из Яндекс-коллекции
Гра­вю­ра А. Шар­ле­ма­ня «Пётр объ­яв­ля­ет Ништад­ский мир». Кар­тин­ка из Яндекс-кол­лек­ции

Шве­дам, в каче­стве ком­пен­са­ции и поощ­ре­ния «к веч­но­му миру» было выпла­че­но два мил­ли­о­на сереб­ря­ных ефим­ков, пол­но­вес­ной звон­кой моне­той. Все рас­че­ты были закон­че­ны в тече­ние двух лет после окон­ча­ния вой­ны. Про веч­ный мир шве­ды всё поня­ли и вое­ва­ли с Рос­си­ей с той поры лишь эпи­зо­ди­че­ски. Но где же во всей этой исто­рии эстон­цы? А они появ­ля­ют­ся лишь в 20 веке, когда нем­цы, в Первую миро­вую, захва­ти­ли часть При­бал­ти­ки, поль­зу­ясь раз­ва­лом армии после Фев­раль­ской рево­лю­ции. Уже про­иг­рав вой­ну, Гер­ма­ния пере­да­ла Нарву и Иван­го­род Вре­мен­но­му пра­ви­тель­ству само­про­воз­гла­шен­ной Эсто­нии. Имен­но тогда с эстон­ца­ми и про­изо­шло это дол­го­вре­мен­ное помут­не­ние рас­суд­ка. Оно заста­ви­ло «без году неде­ля» нацию, точ­нее её поли­ти­че­скую вер­хуш­ку уве­ро­вать, что эти зем­ли, обиль­но обаг­рен­ные кро­вью рос­сий­ских и совет­ских сол­дат, мож­но взять и про­сто объ­явить эстон­ски­ми. Крас­ная армия попы­та­лась тогда схо­ду отбить Нарву и окрест­но­сти, но сил у разо­рван­ной на части стра­ны не хва­ти­ло. Мир в Тар­ту 1920 года зафик­си­ро­вал тер­ри­то­ри­аль­ные «при­об­ре­те­ния» эстон­ско­го ору­жия и два десят­ка лет при­бал­ты пыта­лись без­успеш­но «эсто­ни­зи­ро­вать» рус­скую Нарву, Печо­ры и Иван­го­род и даже внес­ли их в кон­сти­ту­цию, как неотъ­ем­ле­мую часть Эст­лян­дии.

Фото из Яндекс-коллекции.
Фото из Яндекс-кол­лек­ции.

Так воз­ник этот тер­ри­то­ри­аль­ный «вопрос», кото­рый эстон­цы под­ни­ма­ют на дипло­ма­ти­че­ском уров­не с завид­ным упор­ством. Их лат­вий­ские кол­ле­ги ока­за­лись менее упря­мы­ми и в 2007 году отка­за­лись от пре­тен­зий на Пыта­лов­ский рай­он Псков­щи­ны, кото­рый до это­го назы­ва­ли доро­гой лат­вий­ско­му серд­цу Яун­лат­га­ли­ей.

Фото из Яндекс-коллекции
Фото из Яндекс-кол­лек­ции

Вре­мя от вре­ме­ни лат­вий­ские наци­о­на­ли­сты испы­ты­ва­ют фан­том­ные боли от поте­ри насиль­но при­со­еди­нен­ных обла­стей, где чис­ло латы­шей нико­гда не пре­вы­ша­ло пять про­цен­тов. Как и поля­ки, поми­на­ю­щие Поль­шу «от можа до можа со слав­ным Кру­лев­цем» (рос­сий­ский Кали­нин­град), и фин­ские ради­ка­лы, меч­та­ю­щие о «Фин­лян­дии до Ура­ла», и япон­ские импер­цы, до сих пор закра­ши­ва­ю­щие кар­ты Япо­ни­ей «до Ура­ла», но с дру­гой сто­ро­ны. На все эти инфан­тиль­ные хотел­ки, как госу­дар­ствен­ные, так и част­ные дала чет­кий ответ цита­та из «12 сту­льев» от рос­сий­ско­го Пре­зи­ден­та в интер­вью «КП» 2005 года, выне­сен­ная в наш заго­ло­вок. Лат­вий­цев она тогда пора­зи­ла настоль­ко, что те почти сра­зу сня­ли все вопро­сы.