Города Древней Руси. Что поражает больше всего и помогает понять свою душу…

У столичных жителей стало модно, взять и рвануть на выходные в какой-нибудь маленький городок, где сохранился дух русской старины… Побродить по улицам, зайти в музей, отобедать в знаковом местном ресторанчике. Это приятно, познавательно, и можно многое понять про себя, свою русскую душу…

zen.yandex.ru

Недавно я гостила в Питере у друзей, и мы совершили такой выезд в Псковскую область. Посетили пушкинские места: Михайловское, Тригорское, Петровское – «Пушгоры», так их там называют.

Побывали в Пскове. Там все пропитано Духом старой Руси

Поня­тия не име­ла, что такое вооб­ще быва­ет. С виду малень­кий про­вин­ци­аль­ный горо­док, обыч­ный, как боль­шин­ство рос­сий­ских горо­дов, с вывес­ка­ми сете­вых брен­дов, типо­вой про­вин­ци­аль­ной архи­тек­ту­рой…

Но сто­и­ло при­кос­нуть­ся к веко­вым цен­но­стям, релик­ви­ям, древним сте­нам, «точ­ка сбор­ки» сдви­ну­лась, и я нача­ла видеть все под дру­гим углом. Сра­зу ста­ли при­хо­дить в голо­ву строч­ки Пуш­ки­на: «Здесь рус­ский дух, здесь Русью пах­нет»…

Псковский кремль – сердце города

Впо­след­ствии Кром (крем­ль) стал не толь­ко толь­ко духовным,(на тер­ри­то­рии Крем­ля око­ло 20 хра­мов), но и адми­ни­стра­тив­ным, куль­тур­ным и эко­но­ми­че­ским цен­тром. Как серд­це чело­ве­ка, кото­рое не толь­ко име­ет духов­ный смысл, но и выпол­ня­ет мно­го физио­ло­ги­че­ских функ­ций…

Но самое глав­ное, Крем­ль – это хоро­шо про­ду­ман­ное воен­ное укреп­ле­ние. Форт за дву­мя коль­ца­ми камен­ных стен, уси­лен­ный баш­ня­ми и рвом. Если враг все же про­ры­вал­ся за воро­та, он ока­зы­вал­ся в заха­бе — глу­хом камен­ном кори­до­ре, и попа­дал в ловуш­ку, под шкваль­ный огонь, веду­щий­ся из бой­ниц сверху и сни­зу.

Сегодня Кром – это музей, храмы, святыни…

Мы не сра­зу нашли глав­ный вход, пыта­лись вой­ти через боко­вую дверь. Нам ее откры­ла креп­кая ста­руш­ка, ока­зав­ша­я­ся там слу­чай­но. А может, и не слу­чай­но, как посмот­реть. Она ока­за­лась ста­рей­шим экс­кур­со­во­дом это­го музея, сей­час уже на пен­сии. Но, похо­же, имен­но она была духов­ной хра­ни­тель­ни­цей это­го места. Она и про­ве­ла нам экс­кур­сию…

Фрагмент из этой экскурсии

В голо­се этой жен­щи­ны-хра­ни­тель­ни­цы, и в камен­ных сте­нах Псков­ско­го Крем­ля чув­ство­ва­лась непро­би­ва­е­мая кре­по­сть и сила Рус­ско­го Духа. И в то же вре­мя: какая-то твер­до­ло­бость, закры­то­сть к дру­гим точ­кам зре­ния, отсут­ствие гиб­ко­сти, лег­ко­сти… Обыч­но при­ня­то гово­рить об откры­той рус­ской душе, но имен­но здесь в Пско­ве начи­на­ешь пони­мать, что это не так.

Не были нико­гда рус­ские откры­ты­ми. Ско­рее мы похо­жи на Псков­ский Кром, с заха­бом, рвом и дву­мя сте­на­ми с баш­ня­ми бой­ни­ца­ми. Но если кого-то допу­стят внут­рь, то там он нахо­дит и при­ют, и кров и дом, и истин­ную духов­но­сть. Но досту­чать­ся до серд­ца рус­ско­го чело­ве­ка не про­сто. Рядом посто­ять, это да…

Об энергии этого места…

Города Древней Руси. Что поражает больше всего и помогает понять свою душу...

Види­мо, нам силь­но повез­ло, что мы встре­ти­ли эту жен­щи­ну-экс­кур­со­во­да. Она дала нам луч­шую вер­сию исто­рии Кро­ма. За мно­го лет рабо­ты в музее она уже рас­ска­зы­ва­ла ее тыся­чи раз. И тепе­рь ее фра­зы были отра­бо­тан­ны­ми, рез­ки­ми, но и в то же вре­мя выве­рен­ны­ми, точ­ны­ми, как уда­ры клин­ка. А на все наши вопро­сы, бабуш­ка отмал­чи­ва­лась, при­тво­ря­ясь глу­хой)).

Ее непро­би­ва­е­мая аура помо­гла луч­ше ощу­тить энер­гию это­го места, такую же жест­кую, не осо­бо доб­ро­же­ла­тель­ную, не гото­вую идти на кон­такт. Но зато, со сво­ей прав­дой жиз­ни, очень плот­ную, насы­щен­ную мощ­ной духов­но­стью. Несо­кру­ши­мый Рус­ский Дух слов­но про­пи­тал все это место, и людей, живу­щих здесь. Похо­же, за тыся­чу лет эти люди почти не изме­ни­лись…

Эпилог

Псков – хоро­шее место для тех, кто хочет хоро­шо понять себя, свою «рус­ско­сть», загля­нуть в тай­ные угол­ки сво­ей Рус­ской Души. Несмот­ря на внеш­нюю рас­кре­по­щен­но­сть, сво­бо­до­мыс­лие и все бла­га циви­ли­за­ции, мы все в глу­би­не души оста­ем­ся рус­ски­ми, со все­ми выте­ка­ю­щи­ми…