Он был лучшим рапиристом СССР, но погиб в схватке с немцем

Владимир Смирнов Фото: Юрий Сомов / РИА Новости
Владимир Смирнов Фото: Юрий Сомов / РИА Новости
«Володя мог отдать себя на заклание»

Смир­нов в 17 лет обра­тил на себя вни­ма­ние глав­но­го тре­не­ра сбор­ной Укра­ин­ской ССР — Вик­то­ра Быко­ва. Несмот­ря на то что спортс­мен зани­мал­ся фех­то­ва­ни­ем все­го пять лет, Быков согла­сил­ся взять его в свою коман­ду. Но спер­ва решил пере­дать нович­ка помощ­ни­ку.

Смир­нов наот­рез отка­зал­ся зани­мать­ся у дру­го­го тре­не­ра. «Мне ска­за­ли, что я буду тре­ни­ро­вать­ся толь­ко у вас. У дру­гих — не хочу!» — вот этой фра­зой он меня и под­ку­пил», — вспом­нил Быков. С тех пор Смир­нов боль­ше не менял тре­не­ра.

По сло­вам Быко­ва, пона­ча­лу Смир­нов зажи­мал­ся на тре­ни­ров­ках, но ему помо­гло тру­до­лю­бие и посто­ян­ное жела­ние совер­шен­ство­вать­ся. «Зна­е­те, неко­то­рые хотят хотеть, а Воло­дя хотел делать — тре­ни­ро­вал­ся столь­ко, сколь­ко я ему гово­рил, поэто­му и резуль­та­ты не заста­ви­ли себя ждать», — заявил тре­нер.

Совет­ский фех­то­валь­щик Миха­ил Бур­цев вспо­ми­на­ет исто­рию, как одна­жды Смир­нов, гуляя с женой по Кие­ву, столк­нул­ся с гра­би­те­лем. Бан­дит попы­тал­ся напасть на спортс­ме­на, но тот выру­бил про­тив­ни­ка одним уда­ром. «А когда шли через два часа обрат­но, тот так и про­дол­жал лежать в той же позе. На всю жиз­нь, навер­ное, запом­нил», — рас­ска­зы­вал Бур­цев.

В 23 года Смир­нов стал чем­пи­о­ном СССР. Тогда же выиг­рал золо­то в команд­ном заче­те на чем­пи­о­на­те мира. Через год он защи­тил титул чем­пи­о­на стра­ны и попал в заяв­ку на Олим­пий­ские игры в Москве.

На Олим­пиа­де-1980 Смир­нов сна­ча­ла заво­е­вал брон­зу в сорев­но­ва­ни­ях шпа­жи­стов, затем серебро в команд­ном заче­те рапи­ри­стов и, нако­нец, золо­то в инди­ви­ду­аль­ных сорев­но­ва­ни­ях по рапи­ре. По ходу сорев­но­ва­ний он сна­ча­ла одер­жал сен­са­ци­он­ную побе­ду над трех­крат­ным чем­пи­о­ном мира и на тот момент пер­вым номе­ром совет­ской сбор­ной Алек­сан­дром Романь­ко­вым, затем побе­дил еще тро­их сопер­ни­ков. От золо­та Смир­но­ва отде­ля­ла все­го одна побе­да, но он усту­пил один укол моло­до­му фран­цу­зу Пас­ка­лю Жолио. Одна­ко и фран­цуз осту­пил­ся, про­иг­рав Романь­ко­ву. В ито­ге тро­их спортс­ме­нов, одер­жав­ших по четы­ре побе­ды, ожи­дал еще один круг поедин­ков друг про­тив дру­га.

По вос­по­ми­на­ни­ям жур­на­ли­ста Льва Рос­со­ши­ка, когда Смир­нов узнал о резуль­та­тах, то бук­валь­но взле­тел на помо­ст. Он рас­пра­вил­ся с Жолио со сче­том 5:0, Романь­ков с таким же сче­том про­иг­рал фран­цу­зу. В очном про­ти­во­сто­я­нии совет­ских спортс­ме­нов силь­нее ока­зал­ся Романь­ков. У тро­их фех­то­валь­щи­ков вно­вь ока­за­лось оди­на­ко­вое коли­че­ство побед, судь­бу золо­той меда­ли реша­ло чис­ло уко­лов. Их боль­ше все­го нанес Смир­нов, кото­рый и стал олим­пий­ским чем­пи­о­ном. Олим­пий­ское золо­то в инди­ви­ду­аль­ных сорев­но­ва­ни­ях по рапи­ре ста­ло вто­рым и послед­ним в исто­рии совет­ско­го и рос­сий­ско­го спор­та — боль­ше нико­му из спортс­ме­нов побе­дить в этом виде не уда­лось.

«Он снял маску и упал как подкошенный»

В 1982 году Смир­нов поехал на чем­пи­о­нат мира в Ита­лию. По сло­вам его тре­не­ра Вик­то­ра Быко­ва, спортс­мен нерв­ни­чал перед поезд­кой: «При­ду­мы­вал раз­ные при­чи­ны не ехать: то отдох­нуть ему надо, то не под­го­тов­лен и коман­ду под­во­дить не хочет… Чув­ство­вал, навер­ное, что-то». Сам Быков в то вре­мя был невы­езд­ным.

18 июля про­хо­дил чет­верть­фи­наль­ный поеди­нок в муж­ских команд­ных сорев­но­ва­ни­ях. Жре­бий свел Смир­но­ва с сопер­ни­ком из ФРГ — двух­мет­ро­вым гиган­том Мат­ти­а­сом Бером. Смир­нов на тот момент зани­мал пер­вое место в миро­вом рей­тин­ге, Бер рас­по­ла­гал­ся сле­дом за ним. Оба, по сло­вам Быко­ва, пред­по­чи­та­ли сило­вую мане­ру веде­ния боя.

Тра­ге­дия про­изо­шла в самый раз­гар поедин­ка. Во вре­мя одной из обо­юд­ных атак немец про­вел мощ­ный выпад, и его кли­нок попал в пле­чо Смир­но­ву, кото­рый в тот момент тоже ринул­ся впе­ред. Рапи­ра Бера силь­но изо­гну­лась, металл не выдер­жал, и кли­нок обло­мил­ся. Про­дол­жив дви­же­ние по инер­ции, остав­ший­ся в руке у нем­ца кусок рапи­ры про­ткнул мас­ку и уго­дил в левую глаз­ни­цу совет­ско­го спортс­ме­на. Кли­нок вон­зил­ся в мозг на 14 сан­ти­мет­ров, упе­рев­шись изнут­ри в заты­лоч­ную кость.

«Кли­нок нем­ца рас­ко­лол­ся вдоль по косой. Конец полу­чил­ся как заост­рен­ное шило, — вспо­ми­на­ет тре­нер Быков. — Если бы кли­нок про­сто сло­мал­ся попо­лам, он бы ткнул­ся в мас­ку и не смог бы прой­ти меж­ду ячей­ка­ми. Даже если бы ост­рый конец попал на мил­ли­метр выше, в над­бров­ную дугу, Воло­дя отде­лал­ся бы лег­ким ране­ни­ем…»

По сло­вам Ген­на­дия Шиба­е­ва, гла­вы совет­ской деле­га­ции на чем­пи­о­на­те мира, Бер мол­ние­нос­но выта­щил остат­ки клин­ка и, еле сдер­жи­вая рыда­ния, с окро­вав­лен­ным клин­ком в руках бро­сил­ся к судей­ско­му сто­ли­ку, тре­буя сроч­но най­ти вра­чей. «А Смир­нов, весь в кро­ви, с кри­ком, кото­рый мы пона­ча­лу при­ня­ли за воин­ству­ю­щий, снял мас­ку и толь­ко после это­го упал как под­ко­шен­ный», — вспом­нил Шиба­ев.

«Мы каж­дый день его посе­ща­ли. Чем­пи­о­нат про­дол­жал­ся еще целую неде­лю, но коман­да была потря­се­на настоль­ко, что о сорев­но­ва­ни­ях ребя­та дума­ли мень­ше все­го», — вспо­ми­нал Шиба­ев. Тем не менее совет­ские спортс­ме­ны побе­ди­ли в команд­ных сорев­но­ва­ни­ях, добыв золо­то.

Гла­ва деле­га­ции вспо­ми­на­ет, что в Риме он столк­нул­ся с рав­но­ду­ши­ем со сто­ро­ны работ­ни­ков совет­ско­го посоль­ства — помо­гать финан­со­во в дипмис­сии отка­за­лись. В Кие­ве пыта­лись добить­ся раз­ре­ше­ния на вылет в Рим тре­нер Быков и жена спортс­ме­на Эмма. Парт­ком до послед­не­го не выпус­кал их из стра­ны: дело сдви­ну­лось с мерт­вой точ­ки после вме­ша­тель­ства коман­до­ва­ния вой­ска­ми Киев­ско­го воен­но­го окру­га (Смир­нов высту­пал за киев­ский СКА). Воен­ные так­же рас­по­ря­ди­лись отпра­вить в Рим луч­ше­го совет­ско­го ней­ро­хи­рур­га.

Но все ста­ра­ния были тщет­ны: через три дня после тра­ге­дии гла­ва меди­цин­ской комис­сии, зани­ма­ю­щей­ся лече­ни­ем фех­то­валь­щи­ка, заявил, что Смир­но­ву уже ничем нель­зя помочь — мозг спортс­ме­на был мертв. У совет­ской сто­ро­ны попро­си­ли раз­ре­ше­ния на изъ­я­тие орга­нов спортс­ме­на. Шиба­ев наот­рез отка­зал­ся.

Через пять дней ита­льян­ские вра­чи отклю­чи­ли Смир­но­ва от аппа­ра­та жиз­не­обес­пе­че­ния. Так совет­ский спорт поте­рял луч­ше­го фех­то­валь­щи­ка стра­ны. Его тело доста­ви­ли в Киев на воен­ном само­ле­те.

Семь рублей к пенсии

После гибе­ли Смир­но­ва Меж­ду­на­род­ная феде­ра­ция фех­то­ва­ния изме­ни­ла тре­бо­ва­ния к эки­пи­ров­ке спортс­ме­нов: появи­лись костю­мы из проч­ней­шей тка­ни «кевлар», под кото­рые наде­ва­ют защит­ные нагруд­ни­ки, выдер­жи­ва­ю­щие уда­ры до 80 кило­грамм-сил (удар чело­ве­ка кула­ком состав­ля­ет 15 кило­грамм-сил). Мас­ки и клин­ки так­же ста­ли созда­вать из сверх­проч­ных мате­ри­а­лов, лицен­зи­ро­ван­ных феде­ра­ци­ей.

Сопер­ник Смир­но­ва, нанес­ший ему смер­тель­ный удар, сна­ча­ла хотел при­е­хать на похо­ро­ны, но пере­ду­мал, посчи­тав неумест­ным при­сут­ствие «убий­цы» на про­ща­нии. Немец на пол­го­да забро­сил тре­ни­ров­ки, пре­бы­вая в депрес­сии. Одна­ко затем вер­нул­ся к фех­то­ва­нию, два­жды ста­но­вил­ся чем­пи­о­ном мира в команд­ных сорев­но­ва­ни­ях и выиг­ры­вал серебро на миро­вом пер­вен­стве 1987 года.

Немец несколь­ко раз при­ез­жал в Киев на Меж­ду­на­род­ный тур­нир памя­ти Смир­но­ва. По сло­вам тре­не­ра Быко­ва, Бер при­хо­дил на моги­лу погиб­ше­го сопер­ни­ка и горь­ко пла­кал. Немец напи­сал пись­мо вдо­ве Смир­но­ва, но оно оста­лось без отве­та. В нача­ле нуле­вых спортс­мен вно­вь впал в депрес­сию и даже пытал­ся све­сти сче­ты с жиз­нью.

В 2017 году Бер все-таки встре­тил­ся с вдо­вой Смир­но­ва. Вме­сте они при­шли на моги­лу Вла­ди­ми­ра, поло­жи­ли жел­тые розы и дол­го пла­ка­ли. Перед отъ­ез­дом Эмма заяви­ла, что нико­гда ни в чем не вини­ла Бера. Одна­ко, по сло­вам нем­ца, он до сих пор живет с тяже­лым чув­ством вины.